Мы согласились с его прагматичным предложением.

Взяли один мешок с золотом — самый маленький, но все равно достаточно увесистый. Тщательно замаскировали тайник, как было. И, стараясь не оставлять лишних следов, покинули пещеру, оставив волков в неведении относительно нашего визита и их невольного соседства с контрабандным золотом.

Туши волков решили не брать, ни к чему они нам, шкуры выделывать всё равно никто не умеет. К тому же наши мысли занимало золото.

На душе было двоякое чувство. С одной стороны — бурная радость от такой неожиданной и крупной находки. Золото — это всегда хорошо, особенно в нашем шатком положении, когда каждый сестерций на счету. С другой — гнетущая тревога. Мы, похоже, влезли во что-то очень опасное, в чужую, хорошо отлаженную криминальную схему. И теперь у нас появился еще один секрет. Секрет, который мог как помочь нам выжить и даже разбогатеть, так и очень быстро погубить.

Выйдя из леса на опушку, мы остановились на мгновение, глядя на раскинувшийся вдалеке рудник. Солнце уже почти село, и длинные, зловещие тени ползли по земле, скрывая детали и придавая пейзажу мрачный, почти потусторонний вид.

— Похоже, наша служба здесь будет ещё интереснее, чем мы думали, — пробормотал я, похлопывая по мешку с золотом, который был надежно спрятан у меня под курткой. Его приятная тяжесть вселяла некоторую уверенность.

Эрик криво усмехнулся, его глаза в полумраке блеснули каким-то хищным огоньком:

— Главное, чтобы это «интересно» не закончилось для нас слишком быстро. И слишком печально. А то, знаешь, я так понял, что в этом регионе «интересная жизнь» часто бывает синонимом «короткой и полной страданий».

Он посмотрел на меня, потом на Мейнарда, который молча хмурился, переваривая произошедшее.

В его глазах я увидел тот же немой вопрос, который мучил и меня: «Что принесет нам эта опасная находка? Долгожданное богатство и, возможно, путь к свободе?».

У меня пока было другое ощущение. На стягах морской пехоты часто пишут: «Где мы — там победа».

В нашем случае, то есть на флаге нашей роты, если бы у нас было знамя, стоило бы написать? «Где мы — там обязательно начинается какая-нибудь хрень».

Золото. Тяжёлый, солидный, благородный металл, сулящий многое в этом мире, где за пару сестерциев могли вспороть живот, а за увесистый мешочек купить чью-то лояльность. Или, по крайней мере, временное молчание. Мешок, который мы утащили из волчьей пещеры-тайника, оказался на удивление полновесным, почти полкило чистейшего золотого песка.

— Ну что, джентльмены удачи, будем делить добычу? — Эрик с хитрой ухмылкой высыпал золотой песок на расстеленный кусок грубой ткани.