На том и порешили.

Деньги, само собой, мы оставили себе, вернее, роте.

Все понимали, что финансирование, деньги на наш прокорм и жалование (а пехотинцу положено 3 сестерция в месяц зарплаты, то есть на эти 200 мы могли бы тут пару ферм купить) должен получать Нэйвик. Может, он их и получает, а потом спускает в кабаках и борделях. Хрен его знает. Наш официальный командир, похоже, и не собирался вспоминать о нашем существовании, не говоря уже об обеспечении.

Но осадок от этой встречи остался очень неприятный, как от запаха протухшей рыбы.

Мы снова, уже в который раз, столкнулись с тем, что в этом мире прав тот, у кого больше сила и толще кошелёк. А справедливость — это просто красивое слово из рыцарских романов, которое здесь, в суровой реальности Кайенна, не стоило и ломаного гроша.

Поскольку его благородие рыцарь Нэйвик так и не соизволил появиться в лагере, предоставив нас самим себе и превратив нашу службу в подобие автономного выживания, мы решили использовать это время с максимальной пользой.

А именно — тщательно исследовать окружающую местность. Холмы, лес, вонючее болото, небольшая, но быстрая речка, протекавшая неподалёку — все это могло иметь значение в будущем. Или просто скрывать что-то интересное, полезное или опасное. Мой внутренний геймер, привыкший обшаривать каждый тёмный угол и каждый подозрительный куст в поисках лута, секретов и дополнительных квестов, полностью одобрял эту идею.

В один из таких разведывательных выходов, когда мы втроём, оставив роту отдыхать, углубились в ближайший лес, который начинался всего в паре километров от рудника.

Пройдя всего десять минут, мы подверглись нападению волков.

Не пара облезлых шавок, а целая стая — несколько крупных, матёрых зверей, с горящими жёлтыми глазами, свалявшейся серой шерстью и оскаленными, полными острых клыков, пастями. Они выскочили из-за густых зарослей папоротника бесшумно, как тени, наивно посчитав, что застигнут нас врасплох.

Но мы были готовы к подобным сюрпризам. Мы были вооружены и в какой-никакой, но все же броне.

Мейнард, с боевым кличем, своим тяжёлым мечом отбил яростную атаку вожака стаи, огромного серого самца, оставив на его боку глубокую кровоточащую рану. Эрик, не растерявшись, из своего короткого, но мощного лука почти в упор уложил одного из нападавших, метко попав ему в глаз. А я своим верным клевцом, который уже не раз спасал мне жизнь, с разворота раскроил череп ещё одному, пытавшемуся зайти нам с фланга.

Волки, не ожидавшие такого яростного и скоординированного отпора от, казалось бы, беззаботной добычи, на мгновение опешили, а затем, поджав хвосты и жалобно скуля, разбежались. Оставив на влажной лесной подстилке двоих своих мёртвых сородичей и кровавый след от раненого вожака.