— Пригнись! — крикнул я, толкая Рейбса вниз, когда над нашими головами просвистел особенно крупный огненный шар. Он врезался в землю в десяти шагах позади нас, взметнув фонтан грязи и раскалённых камней. Я почувствовал, как горячий осколок обжёг мне щеку, оставив саднящую царапину.

— Спасибо, старшина, — пробормотал Рейбс, его глаза были широко распахнуты от страха, но руки продолжали механически заряжать арбалет.

Эрик, присевший рядом с нами, сплюнул кровь, ему ударной волной разбило губу при взрыве.

— Колдуны хреновы…. Короче, их маги не так уж и хороши, — проговорил он, вытирая рот тыльной стороной ладони. — Слишком полагаются на зрелищность, а не на эффективность. Настоящий маг ударил бы не по нам, а по нашим тылам, где нет укрытий.

— Не подсказывай им, — чтобы не сглазить, буркнул Мейнард, перезаряжая скорпион. — Пусть продолжают швыряться своими фейерверками.

За рыцарями шла пехота. Армии стали смыкаться.

Но (из-за того, что кое-кто организовал непроходимые участки) не по всему фронту, а лишь на узком, нетронутом нами участке земли, который мы оставили специально. Там закипела яростная, отчаянная рубка. Рыцари Ордена, поддерживаемые нашим огнём, яростно теснили врага. Командование Ордена, видя, как эффективно мы работаем, отреагировало на удивление быстро.

К нам на подмогу отправили две тысячи лучников. Они заняли позиции позади нас и, действуя самостоятельно, подняли в воздух целую тучу стрел, которая чёрным облаком обрушилась на ряды Альянса. У тех, кто делал ставку на тяжёлую конницу, и тяжёлую пехоту, лучников было мало. Это стало их роковой ошибкой.

Воздух наполнился свистом тысяч стрел.

Они падали сверху, как смертоносный дождь, находя щели в доспехах, впиваясь в незащищённые шеи, лица, руки. Крики раненых становились все громче, отчаяннее. Я видел, как один из рыцарей Альянса, уже израненный нашими болтами, получил стрелу прямо в глазницу шлема и рухнул, как подкошенный. Другой, пытавшийся выбраться из трясины, стал похож на ежа, в его доспехах торчало не менее десятка оперённых древков.

Война, она такая, дядя.

В отчаянии командование Альянса бросило на нас свою тяжёлую пехоту. Но закованные в броню воины, как и рыцари до них, увязли в грязи и попали под наш перекрёстный огонь.

Тогда в атаку пошла лёгкая пехота — отчаянные, оборванные наёмники с копьями и топорами.

— К бою! За ров! — надрывая связки, заорал я.

Рота мгновенно перестроилась. Теперь окопы превратились в примитивный, но эффективный ров. Наёмники, добежав до него, вынуждены были останавливаться, становясь лёгкой мишенью. Мы расстреливали их в упор из арбалетов, а тех, кто пытался перебраться через ров, добивали копьями и мечами.