— Не нужен, — отрезал купец. — Тут где-то грек-трапезит крутился. С ним поговори. Для меня это слишком дорого.

Марк даже скрипнул зубами от досады. Связываться с трапезитом ему категорически не хотелось. Если и есть сволочь хуже, чем беглый раб, так это меняла-грек. Такой и обманет, и монету фальшивую всунет. Марк золотой монеты отродясь в руках не держал. Надуть его проще простого.

— Сколько? — спросил он.

— Солид дам, не больше, — покачал головой Фуск. — И то, если он до Региума дотянет. Может, вы его ножом в брюхо пырнули. Жадный у этого раба хозяин. Нового купить золотых двенадцать-пятнадцать будет стоить, а он всего три дает.

— Солид мало, — начал было спорить Марк.

— Мне его кормить, охранять, — загнул пальцы купец. — Стражникам мзду придется дать, они точно прицепятся. А потом этого раба еще и на корабль нужно пристроить, который в Карфаген через Региум идет. Ты тут много кораблей карфагенских видишь? Я вот не вижу ни одного. Заберут у меня его за два золотых, не больше. Тому купцу тоже заработать надо будет.

— Два милиарисия (2) добавь, и по рукам, — протянул ладонь Марк.

— Один милиарисий, — пожал руку Фуск.

— Один милиарисий и силиква, — Марк не стал отпускать его руку. — Сделка?

— Сделка, — хмыкнул купец. — Пойдем, покажешь товар.

Товар за время отсутствия Марка приобрел свежий синяк под глазом. Прим церемониться не стал и попросту отдубасил беглого, когда тот начал извиваться, стараясь вырваться из пут. Раб тяжело дышал, сверкая глазами. Купец подошел к нему и развязал повязку, закрывавшую рот. Раб выплюнул кляп, пропитанный слюной, и прохрипел.

— Пить дайте!

— Гунн! — скомандовал Марк, и мальчишка понятливо кивнул. Он намочил тряпку и сунул в рот беглеца. Тот жадно впился в нее, высасывая влагу до капли, а потом сказал.

— Еще дай!

— Ошейник, — купец силой повернул голову раба, чтобы прочитать надпись. — Похож на настоящий.

— Да побойся бога, почтенный! — не выдержал Марк. — Ты погляди, какая работа! А заклепано как! Смотри сам, вот царапины от камня. Он много раз пытался его снять.

— Вижу, — коротко ответил Фуск, зачем-то пощупав мышцы раба и проверив его зубы. — Тощий какой.

— Да тебе не все ли равно? — усмехнулся Марк. — Тебе его не продавать. Его хозяину вернуть нужно. Удерживать чужого раба — преступление, почтенный Фуск.

— Ну да, ну да, — торопливо согласился купец, но глаза стыдливо отвел. Видно, как жадность в нем борется со страхом. Хочет, скотина хитрая, чужого раба продать, но боится.

— Беглого ты увидел, почтенный Фуск, — напомнил о себе Марк. — Теперь, сделай милость, покажи деньги.