Разумеется, помимо капитана, на обеде обязан присутствовать кто-либо из офицеров корабля — тоже традиция. Кстати, капитан, в присутствии посторонних, не должен оставаться с ними наедине — это нежелательно. Должен быть ещё и кто-то из офицеров! И им может быть кто угодно, кроме старшего носового офицера. Это, между прочим, категорически запрещено! Вообще, кстати сказать, совместное нахождение обоих старших офицеров в одном помещении допускается только в исключительных случаях — в процессе предбоевого инструктажа, например. Поскольку возможность одновременного уничтожения всех старших офицеров теми самыми обычаями и традициями сведена к минимуму.

Я так полагаю, что в истории Данта наверняка имелись примеры молниеносной расправы с комсоставом противника на таких вот, совместных, мероприятиях. Типа теперешнего обеда… И, поэтому, второй по старшинству офицер на корабле в с е г д а находится вне досягаемости возможного противника. Дабы в нужный момент оперативно принять на себя командование кораблём.

Надо отдать должное — далеко не все традиции и обычаи вайнов являются косными и устарелыми. Если уж они смогли как-то выстроить мощную военную структуру — и при этом не передрались окончательно вусмерть в отсутствии единого правительства…

Словом, мы не зря тщательно всё это изучаем.

Да и во взаимоотношениях со вчерашними пленниками и рудничными рабами это, особенно на первых порах, немало нам помогло. Ибо немедленное введение той же «демократии» неминуемо привело бы ко всеобщему бардаку. И никакого нападения извне мы не отбили бы, даже при самом благоприятном стечении обстоятельств. Я уж и не говорю о действиях тех же японцев — любую «демократическую» армию они попросту размазали бы тонким слоем по всему острову.

Поэтому — не спешим! И не бежим впереди собственного визга на почве немедленной личной свободы и всеобщего равноправия. И в нашей истории, если покопаться, полно негативных примеров того, к чему приводит бардак в армии. Уж и не говорю за всё общество в целом! Поступательно действовать надо! Сообразуясь со всеми внешними угрозами и возможными неприятностями — а их полно!

Вчера был один начальник — сегодня другой. Для нижестоящих ничего, в принципе, не меняется.

И всякие там реформы и «отпускание вожжей» производятся постепенно, с тщательным предварительным разъяснением всего происходящего.

Именно поэтому у нас сейчас идут в батальоны и инженерный корпус вполне себе добровольно и без какого-либо принуждения. Вполне осознавая возможные риски. Но, народ теперь ясно понимает — что именно он защищает и против чего борется.