Национальные студии часто снимали ленты на местных языках, но кассы такие ленты не делали, да и качество у них было обычно ниже среднего. Единственное исключение, о котором я знаю, это «За двумя зайцами». Этот фильм был снят на украинском, но оказался таким смешным, что его перевели на русский и продемонстрировали уже по всей стране, а не только в сельских клубах в УССР.

В Средней Азии изредка делали интересные картины, в основном про борьбу с басмачами, о Ходже Насреддине, но там увлекательных лент раз, два и обчелся.

Интересная вещь — тематика нашего кино. Обращает на себя внимание, сколько было экранизаций классической литературы. Дело было солидное, бюджеты полновесные, многие режиссеры пытались пробиться в эту нишу, что было совсем не просто. Между тем больших сборов эти картины не желали, за редчайшим исключением. Тут как с телевидением поступали, которое чрезмерно увлекалось передачами с классической музыкой и балетом — все облагораживали советского человека, все пытались ему через силу утонченность привить, да куртуазность, а он, сволочь эдакая, желал отчего-то развлечений и экшена, а то и вообще. страшно сказать, по курилкам матерился.

А вот о войне фильмы зрителю заходили, даже очень, причем, что характерно, куда лучше, чем ленты о Гражданской. Этот феномен высоколобые эксперты объясняли тем, что за давностью лет актуальность революционной тематики малость стерлась. Думается, не в этом дело, вон, тема Великой Отечественной и через 70 лет будоражит умы российского зрителя. Я вот мальцом очень любил смотреть военные фильмы. В 6–7 лет мир устроен просто — есть наши, которым нужно сочувствовать и не наши, за которых болеть не надо. Ну, и как тут быть мальчишке, когда спрашиваешь отца, где на экране наши, а он тебе:

— А тут все наши.

А какого же лешего они тогда друг в друга стреляют? Хоть не смотри после такого ответа!

Конечно, советские режиссеры пытались как-то облагородить, очеловечить образы Ленина и других революционеров, но получалось как-то не очень, особенно, если судить по ходившим в народе, порой откровенно злым анекдотам о вожде революции, да и о многих других близких к нему фигурах.

Нет, были картины про Гражданскую, на которые зритель валил, тут можно назвать «Белое солнце пустыни», «Неуловимые мстители». Последних даже аж три наваяли, но все же, тема братоубийственной войны спросом пользовалась не слишком высоким. Да и врали много. Помню, в детстве был потрясен, узнав, что белых офицеров, красиво идущих в психическую атаку на позиции чапаевской дивизии, вообще не существовало. Полная лажа, потому как в это время воевал красный комдив с белыми частями, костяк которых составляли рабочие ижевских заводов. Попробуй, перевари такое — белые и рабочие. Вот борьба с интервентами — это же было интереснее, потому как внешний враг. Между прочим, если подумать, то борьба с басмачами для многих воспринималась тоже, как борьба с чужими, не нашими.