— Ну, тут ты не обольщайся. Жулики народ непростой и хитрый. Это он сейчас на все согласный, а сам будет присматриваться. И если слабину дадим… сам понимаешь. Так что спину ему не показывай и держи глаза открытыми, — предостерег я брата.

— В общем то, меня тревожит другое, — мы уже подъезжали к больничке, когда Вова снова заговорил, — не оставляет меня ощущение, что я стремился не совсем к этому всему, с души воротит от этих уголовных рож, — подтверждая свои слова, брат поморщился.

— Давай домой приедем и спокойно все это обсудим, — хлопнул я его по плечу, мы как раз припарковались у входа в травматологию. Женой Сани Ткаченко оказалась веселая говорливая пышная женщина лет тридцати на вид, которая буквально за пол часа помогла решить мой вопрос. Сделали запись в регистратуре и в журнале приема, выписала справку на месяц и «гуляй Вася». Пообещав, что с нас конфеты и вино, которое мы в самое ближайшее время передадим даме через ее мужа, тем самым заставив пышку мило покраснеть, мы с братом вернулись обратно в машину

А в квартире моей нас ждала интересная картина. В зале на диване в полном отрубе храпели перед включенным телеком Медвежонок с Чижом. Возле дивана стояла табуретка с полупустой бутылкой водки, двумя рюмками и нехитрой закуской. Из чего можно было легко догадаться, чем пацаны совсем недавно тут занимались.

— Разморило парней, — с иронией в голосе прошептал я брату, с которым мы стояли в коридоре у входа в зал.

— Так они по ходу тут не одни, — кивнул Вова на вешалки у двери, на которых висели девичьи куртки. К слову, куртки мне очень хорошо знакомые.

— Ща, не разувайся. К тебе поднимемся, — я скинул обувь и прошел в спальню. И точно! Две мои рыжие красавицы лежали одетые на застеленной кровати и тихо посапывали. Видимо пришли близняшки в гости и не дождались меня. Ну что ж, скоро я к вам присоединюсь — пообещал я мысленно девочкам и вернулся в коридор к брату.

Пол часа спустя

— Знаешь, малой, вроде все ровно прошло. А все равно чувство, что какой-то херней втухаю, — это были первые слова брата, когда мы зашли в его новую квартиру и сели за небольшой стол на кухне, покрытый старой засаленной клеенкой. Что сказать про новую берлогу брата? Да примерно та же самая обстановка, мебель и планировка что и в моей. Разве что шкафы были пока что пустыми в зале. Да на кухне бардак холостятcкий, — вроде с одной стороны и понимаю зачем мне этот геморрой. А с другой, не совсем к тому я Славка стремился. Чтоб вот так с бойцами на стрелки бандитские по ночам гонять.

— А к чему ты стремился, брат? Ветеранам афгана, государством брошенным, с деньгами, работой и с лекарствами помогать? — пожал я плечами, глядя как Вовка наполняет нам рюмки белой прозрачной жидкостью, — ну так, много ли ты кому с видеосалонов и ларьков поможешь? На еду, десятку человек? А другим как? — я хмыкнул и откинулся на спинке стула, — а ведь только по московской области сколько бедолаг ваших сидит? Без работы с голоду пухнет семьями?