— Но зачем?
— Не волнуйся так. Я тебе позже всё расскажу.
— Раньше у тебя не было секретов от меня!
— Перестань. Нет никакого секрета. Просто один человек, которому я обязан, попал в беду.
— Обязан? В беду? — переспросила изумленная девушка. — Но что я скажу отцу?
— Ничего… хотя, можно сказать, что скоро у него будет возможность отдать давно приготовленный подарок. Ну всё, милая, мне правда надобно торопиться. Давай, я отведу тебя и поеду.
— Хорошо, — пролепетала Люси и дала проводить себя до двери.
— Где Людвиг? — сухо поинтересовался отец, когда она появилась на пороге его кабинета.
Выслушав сбивчивый рассказа дочери, банкир ненадолго задумался, а потом задал один-единственный вопрос:
— Прости, Люси, а ты не запомнила номер бляхи у городового или ещё что-нибудь?
— Нет, папа, — потупилась девушка, но, заметив тень раздражения на лице родителя, тут же нашлась. — Но, когда полицейский представился брату, то сказал, что из второго участка Выборгской части.
* * *
#Майне гутес медхен. — Моя хорошая девочка.
Глава 10
Вернувшись в камеру, Дмитрий присел на своё место и крепко задумался. Дела шли куда хуже, чем он рассчитывал. Похоже, что Барановские крепко озлобились на своего гальванёра за конфликт с мастером. Адвокат, присланный ими, вёл себя так, будто его прислали не защищать Будищева, а напротив — помочь упечь его как можно дальше. Попадание Семена в больницу никто и не подумал связать с Перфильевым, более того, «защитник» прямо порекомендовал своему подопечному не усугублять своего положения и не наговаривать на почтенного человека. Никто происшествия с учеником не видел, а если мастер и дал тому лишний подзатыльник, так ведь это — дело житейское. И вообще, не дело это, когда простые рабочие на фабричную администрацию с кулаками нападают. И если бы не тот давешний случай на полигоне, то о нём и вовсе никто бы не побеспокоился.
— Простите, у вас что-нибудь случилось? — отвлек его от размышлений Постников.
— Всё нормально, — отмахнулся Дмитрий, не желая посвящать незадачливого канцеляриста в свои проблемы.
— Просто у вас такой вид… кстати, избитый вами молодой человек оказался мелким воришкой. Он в первый раз в околотке, но у него, оказывается, есть общие знакомые с здешним Иваном.
— С кем?
— Ну, с Котом. Он ведь по тюремной иерархии считается «Иваном».
— В авторитете, что ли?
— Да, можно сказать и так.
— А ты откуда знаешь?
— Ну, я же всё-таки немного журналист. Умение разговаривать с людьми и узнавать подробности — мой хлеб.
— Что-то поздно ты спохватился, Николай Николаевич.
— Ваша правда, — вздохнул сиделец. — Сейчас я бы не совершил такой ужасной ошибки… Можно мне присесть?