Увидев одного из старших распорядителей, идущего к Арене, перехватил того на полпути и, вложив в его ладонь небольшую взятку, попытался выяснить подробности. Увы, даже получив щедрое подношение, он не сказал почти ничего ценного. По словам старшего распорядителя, таинственный бард упорно скрывал личность, и, учитывая, кто выступал покровителем исполнительницы, даже хозяева Арены не стали задавать лишних вопросов.

Зато удалось всё же выяснить имя покровителя барда. Им оказался Маврейн, Хозяин Весов Дохода, один из богатейших людей Дейтрана и, возможно, всего Айна. Более тридцати лет он входит в Совет Торговой Лиги, самой могущественной торговой организации мира, которая во многом может достойно конкурировать с Великими Цехами.

Даже с памятью будущего я не знал, как подобраться к этому человеку, пока сам не достигну Мифрила. Так что найти выход на талантливую землянку через её покровителя у меня не получится — как минимум до начала Вторжения.

Также получилось узнать прозвище таинственной исполнительницы — Весенний Шторм. Имя мне не знакомое, что ещё сильнее укрепило мысль: эта девушка — одна из тех, кто в прошлом Цикле погиб слишком рано, не успев раскрыться.

Заплатив распорядителю ещё немного, добился от него обещания, что если состоится второй концерт этой исполнительницы, он пришлёт мне записку по указанному адресу.

Настолько увлёкся размышлениями о таинственной исполнительнице, что не заметил, как оказался у Перевёрнутой Башни. На площади, окружавшей её, царила привычная деловая суета. В отличие от Солнечного Города, здесь не было никакой пропускной системы — каждый желающий мог подойти и прикоснуться к сиянию Башни, начав спуск по Этажам.

Немного постоял на краю площади, прислушиваясь к себе и привыкая к тому ментальному давлению, которое оказывала Башня. Затем резко развернулся и зашагал прочь. Мне было совершенно очевидно: пока ещё рано. Прежде чем начинать спуск, следовало подготовиться. Потренироваться. Освоить до приемлемого для Сапфирового ранга уровня весь свой пока что скромный магический арсенал.

Затем прошёл по центральной площади, невольно задержав взгляд на величественном Храме, посвящённом Дебту — богу торговли, контрактов и весов. Это здание не стремилось поражать пафосом, как храм Антареса в Солнечном Городе, и не ослепляло позолотой, как святилище Сино в Фейсте. Но в его монументальности чувствовалась такая внутренняя сила, такая архитектурная собранность, что не остановиться и не взглянуть было невозможно.

Храм стоял на широкой платформе, вымощенной серым и белым камнем, с мраморной лестницей, ведущей к тройным бронзовым вратам. На них были выгравированы весы, пергамент и сжатая ладонь — символ сделки. Само здание, облицованное светлым известняком, сочетало строгость форм с мощным архитектурным ритмом. Гладкие колонны — не дорические и не коринфские, а нечто среднее, с резьбой в виде торговых печатей и виноградных лоз — поддерживали массивный карниз, украшенный мозаиками, изображающими сцены из жизни древнейших купцов Айна.