— Как-то странно… — всё ещё сомневался я. — Британцы всегда были вашими надежными союзниками! Можно сказать, младшими братьями.

— Братьями? Ты сказал, братьями, я не ослышался? Да ещё и меньшими? Скажу тебе по секрету, дорогой Макс, что любая нация, кроме английской, для англичан — очевидно и однозначно низшая. К нам, американцам, они относятся, как к деревенским выскочкам и хулиганам, юнцам без всякого почтения к старым островным пердунам и генетически склонным к авантюризму. Всё время завидуют… Они постоянно стебутся и терпеть не могут шотландцев и ирландцев, презирают французов и поляков, немцев вообще на дух не переваривают. Итальянцев и аргентинцев считают полными деградантами… Про всяких там индусов, китайцев и корейцев, думаю, вообще не стоит говорить, — их они не то, что за второй сорт людей, а вообще за людей не считают! — Туркам, кстати, от них тоже достаётся, особенно страдают небольшие рыбацкие деревеньки…

Он пару раз глубоко затянулся фабричной сигаретой и добавил:

— Вот вы, русские — это те, кого они очень сильно боятся и остро ненавидят, что, на фоне отношения к остальным нациям, практически равноценно уважению. Тут вам повезло, ха-ха! А нам надо быть наготове и при оружии! Вот смотри, что я вчера приобрёл!

На стол лёг большущий револьвер, при виде которого моё сердце затрепетало.

— Возьму? — тихо спросил я.

— Конечно, дружище, но держи подальше от глаз публики, понял?

— Вниз опущу.

Ух, ты! Я всегда был фанатом этих чумовых историй про Дикий Запад, и до сих пор люблю их всей душой. Всегда был ярым поклонником вестернов и остаюсь им до сих пор, хотя, что-то тут вскоре наверняка изменится, да… С малых лет засматривался такими шоу и фильмами, как The Rifleman, The Good, the Bad and the Ugly, Tombstone и 3:10 to Yuma, они оставили неизгладимый след в моей памяти. Так что я хорошо знаком с тем, что такое ковбойские револьверы, винтовки со скобой Генри и пушки возниц дилижансов. По сути, это было единственное оружие, которое меня занимало. И даже таёжно-охотничья зрелость не смогла это изменить.

Однако подержать в руках или хотя бы посмотреть на всё это оружие в руках из-за заградительных, по сути, принципов нашего чудовищного оружейного законодательства я никак не мог — в кино ходи, мальчик.

Но сейчас передо мной лежал настоящий шедевр, один из тех легендарных револьверов, которые оставили заметный след в истории, — Colt Single Action Army, тот самый Peacemaker — «Миротворец», образ которого первым приходит на ум, когда речь заходит о ковбойском огнестреле.