Парня.

Бледного. Истощённого, но…

– Погодите, – Елена подошла к телу. – Он ведь…

Посмертных изменений нет. Более того, кожные покровы мягкие и теплые на ощупь.

– Он жив!

– Он – уже нет…

– Но…

– Он не дышит. И сердцебиения нет.

– Или настолько слабое, что мы не ощущаем…

– Елена, – Елизар посмотрел печально. – Его тело давно мертво. А в том, что он выглядит… настолько живым… яд Черной вдовы сохраняет плоть, да и температуру, подходящую для развития личинок, поддерживает. Хотя… подожди.

Елизар прошёлся вдоль стены, остановившись у почти черного кокона, который и развалил ударом ножа. Выпавшее тело в нём лишь отдаленно напоминало человеческое. Точнее… оно когда-то было человеком. Голова сохранилась, с желтою мумифицированной кожей, плотно обтянувшей череп. А вот ниже шеи кожа становилась белой и ноздреватой, она набухала пузырями, и то тут, то там через поры сочилась желтоватая слизь.

– Это личинки распадаются, – объяснил Елизар. – Ты… как?

– Выдержу.

Всё-таки бред у неё занятный, с профессиональным уклоном.

– А внутри? – Елена сглотнула слюну. А Елизар молча вспорол пузырь, вытряхнув что-то, больше похожее на крупную, с ладонь, многоножку. К счастью, дохлую.

– Это уже почти сформировавшиеся личинки… кстати, там, дальше, есть и отработанные тела. Чёрная вдова сначала высасывает жизненную силу. И ментальную энергию. Жертвы умирают… мучительно и больно, хотя тела их внешних повреждений не имеют. Молодые вдовы пожирают и плоть, те, что постарше, откладывают яйца, предварительно накачав тела ядом. Он сохраняет плоть и поддерживает нужную температуру. Через день-два личинки выходят из яиц и начинают питаться. Когда они подрастают, начинают пожирать и друг друга… да и она не брезгует. Часто употребляет свои же личинки вместе с полупереваренной плотью… я могу не рассказывать дальше.

Елена помотала головой.

– Да нет, что уж тут… а смысл? Откладывать яйца, чтобы сожрать потомство. Это как-то противоречит логике.

– Обычной – да. Но нежить на то и нежить, что у неё свои особенности. Чем больше личинок, тем выше возможность, что какая-то из них вырвется и убежит до появления своей… матери… отца? Они по сути гермафродитны. Главное, что такая личинка выбирается из логова и некоторое время кормится мелкими насекомыми, мышами там, птицами, крысами.

Нормальный человек на этом месте содрогнулся бы от отвращения. Но можно ли считать Елену в полной мере нормальным человеком?

– Вместе с тем её влечёт туда, где высок уровень некротической энергии…

– На кладбище? – уточнила Елена.

– Именно. Там она находит свежую могилу, забирается в тело и, поглощая его изнутри, растёт сама… и переходит на следующий уровень. Она обретает возможность копировать внешность сожранного трупа.