Поэтому Елизар лишь кивнул.

В столовой было как обычно людно, шумно и снова пахло квашеной капустой. Впрочем, волновало не это, а то, что окно в расписании не бесконечное, как и количество булочек у кассы. Почему-то их всегда привозили мало, хотя, казалось бы, раскупают – делайте больше.

– Я займу очередь? – робко поинтересовался Лялечкин, на подносе которого нашлось место стакану с кефиром и паре кусков батона.

– А обед? – Елена нахмурилась.

– Я… не голоден, – соврал мальчишка, старательно отворачиваясь от раздачи.

– Суп бери, – Елизар тоже нахмурился. – Какой тут съедобен?

– Борщ неплох, – Елена сглотнула слюну и подумала, что теперь о ней слухи пойдут. А Погожин точно побежит жаловаться. И нажалуется. И значит, на заседании кафедры тему поднимут… и о служебном соответствии в том числе. – Ещё пюре советую. С печенкой жареной.

– Бери. И я возьму. Иди сюда, недоразумение…

– Я…

– Деньги у меня есть. Выдали, – Елизар выгреб из кармана ком мятых бумажек и спросил: – На обед этого хватит?

Странный он… но странно и то, что рядом с ним Елена ощущала спокойствие и давно позабытое уже умиротворение. И моргом он опять же пах… приятно.

– Хватит, – она вытянула тысячную купюру. – Это довольно много. И лучше убрать, пока не потеряли.

– Я как-то больше к золоту привык, – доверительно произнес Елизар. – Так, Гордей… иди и набирай, что сказали.

– И салат! – добавила Елена. – Детям нужно употреблять овощи.

– И салат.

Спорить Лялечкин не осмелился. Поставил и тарелку с борщом, и пюре, и салат.

– Как понимаю, у него в группе сложности? – Елизар наблюдал за племянником.

– Не знала. Хотя… да, он обычно в стороне держится. Он тихий. Внимательный. Но…

– Обмороки?

– И это тоже. Скорее уж ощущение, что он все это впервые видит… точнее анатомию он в целом знает и неплохо. Но это как бы не медицинское знание, отвлеченное какое-то, – Елена смутилась от своей неспособности внятно сформулировать мысль. – С другой стороны он хотя бы хочет учиться.

– А остальные?

– Остальные… в лучшем случае являются на занятия и не мешают. Сложная группа, – она поморщилась. – В этом году какая-то… особенно… Погожина вы видели.

Ел Елизар жадно, но и аккуратно. И на Лялечкина, устроившегося за соседним столом, поглядывал, будто контролируя, ест ли тот.

– Вы и вправду знакомы с его родственниками?

– Знаком.

– А… – Елена не была уверена, что имеет право задавать такие вопросы. – То… темненькое облачко… это… что было?

– Магия.

Издевается?

Не похоже… с другой стороны, и вправду, какая разница, что это было, если до конца пары Погожин заткнулся и вел себя почти прилично.