А дальше от него уже ничего не зависело. Осколок хаоса, поселившийся внутри моего резидента, начал неотвратимо того менять в худшую сторону. И, в конце концов, практически полностью лишил своей воли. Сам же бывший наемник подпал под контроль местного жреца Хаоса.

Тем не менее, пусть я и не злился на Арнвальда, но давать свободу ему пока не планировал. По крайней мере, до того момента, пока не переговорю с Ирвоной. Как ни крути, но он запятнал себя Хаосом и теперь только богам было решать его судьбу. Вот я и посадил пока под арест в одно из карманных пространств. Так оно будет безопаснее и для него, и для меня.

Он сам отнесся с пониманием к моему решению. Видно было, что после избавления от осколка Хаоса, Арнвальд был немного потерянным. Видимо, успел натворить всякого за время своего помешательства, и ему сейчас требовалось время для того, чтобы переосмыслить случившееся. Прийти в себя, наконец.

До трактира я добрался вовремя — Ирвона как раз эффектной вертушкой впечатала какого-то мужика в одежде наемника спиной в стену. Судя по тому, что его лицо мне было незнакомо — кто-то из ребят Тьюриха.

— Что за шум, и драка есть? — Поинтересовался я, подходя к рыжуле.

— Да вот, этот урод, — она кивнула в сторону все еще пытающегося осознать на каком он свете находится наемника, — назвал меня шлюхой.

— И почему он еще жив?

— Я подумала, что тебе может не понравиться, что я убиваю твоих людей.

— Ну, — резонно заметил я, — идиоты мне в команде тоже не нужны. А только идиот может назвать такую милую и красивую тебя таким плохим словом. Так что, если хочешь — убей, я против не буду. Тем более, что ты в своем праве.

Мои слова явно не понравились той стороне трактира, что болела за поверженного наемника. Они зароптали, начали переглядываться. Уж чего мне сейчас меньше всего было нужно, так это выяснений отношений внутри коллектива. Поэтому я, недолго думая, вышел в центр зала и поинтересовался:

— Какие-то вопросы? — Я внимательным взглядом осмотрел стоящих передо мною молодцев.

— А не много ли ты на себя берешь? — Задал вопрос один из них.

— А что тебя не устраивает? Твой товарищ оскорбил нашу боевую подругу. Оскорбил серьезно. Она в своем праве.

— Но…

— Или, может, ты тоже считаешь ее шлюхой? — Не дал я ему договорить. — Ну так давай, скажи ей это в лицо. Здесь и сейчас.

— Талек, успокойся, — подошел ко мне Тьюрих. — Мои бойцы уважают твою подругу, и зла не хотели. Просто неудачно пошутили. Ведь так, Ташлик? — С прищуром посмотрел он на того самого, говорливого наемника.

— Так, Тьюрих. — После некоторой заминки наклонил голову мужик.