— А как же ты? — Чуть ли не замурлыкала она, приблизившись ко мне вплотную. Видимо и на нее недавний бой действовал как мощный афродизиак.
— А я тоже скоро буду. Не волнуйся, — улыбнулся я, и не выдержав, все же поцеловал эту рыжую чертовку. Ну а что? Право имею. А кому не нравится, так завидуйте молча.
Когда Ирвона скрылась в темноте, я повернулся к Гральфу, терпеливо дожидавшемуся в сторонке.
— Там, — я указал в том направлении, куда ушла Ирвона, — на дороге лежат девять трупов. У них довольно неплохие доспехи. Направь туда нескольких ребят через полчасика.
— Понял. Еще что-то?
— Да. Присмотри, будь добр, за Ромчиком, Лисичкой и Талем.
— А ты что?
— А мне, — тяжело вздохнул я, — предстоит тяжелая ночка. И, если ты подумал, что в ее объятиях, — заметил я скабрезную улыбку на лице старшего товарища, — то прав лишь отчасти. Сначала меня ждет нелегкий разговор.
Глава 4
Не знаю как эта ночь прошла у моих ребят. Вряд ли особо спокойно. Какими бы они не были всеми из себя крутыми наемниками, но даже им, должно быть, не особо уютно спалось рядом с таким количеством покойников. Но это была вынужденная мера. Не выдвигаться же в путь-дорогу на ночь глядя?
А вот кому уж точно не спалось в эту ночь, так это мне и нашему гостю. Разговор с ним вышел долгим и неприятным. И для меня, и для него. Упорным оказался, скотина и выносливым. Мне даже показалось, что боль ему совершенно не почем.
Разговорить его удалось только спустя несколько часов. Да и то, воспользовавшись опытом общения с Альбаром Норичем — использовав бассейн в качестве аргумента. И, нужно сказать, разговор этот получился очень и очень интересным.
Начать, пожалуй, стоит с того, что никоим образом этот дядечка и его люди не были причастны к тем молодчикам, что попытались наехать на Гральфа. Захваченный нами сержант Минан (а именно так звали моего гостя) клялся и божился, что ни с кем из тех нехороших людей не знаком. В этом я склонен был ему поверить, слишком уж убедительно звучало его бульканье.
Что же касается самого сержанта и его личности, то этот подлец попытался мне, фигурально выражаясь, навешать лапши на уши. Представился наемником. Сказал, что его люди увидели наш обоз, передали ему, а тот, в свою очередь, принял решение пощипать купчишку.
В принципе, можно было бы позвать Гральфа или Карвена, чтобы те, при помощи своего обширного наемничьего опыта, вывели на чистую воду этого врунишку. Но я не стал. Не за чем было. То, что мужик врет — я ничуть не сомневался. Тем более, что у меня имелись более действенные аргументы, чем знание внутренней кухни псов войны.