— А плащик-то очень неплох, — заметила Марта, кое-как в него одевшись в теской кабине самолета. — Очень даже неплох… сколько там за завод просят?

— Я пока не знаю.

— И не знай: торгуешься ты отвратительно, тебя, думаю, лучше туда вообще не пускать. Ты мне просто скажи, кто завод продает — и я уж сама как-нибудь… А пока напиши, куда станки все отправлять. И зачем ты только сюда прилетела, время только зря потратила… которое могла бы потратить на пинание твоих рабочих. Слушай, может тебе просто самолет подарить? А то тебе придется пару дней, пока я с австрияками торговаться буду, просто в гостинице просидеть… Или нет, торговаться я точно буду не один день, а тебя тем временем прямо из Линца мои пилоты домой и довезут, так что в городе ты только одну ночь и проведешь… Время — деньги! А твое время — это очень большие… мои деньги, — рассеялась Марта. — И твои, кстати, тоже, но ты и сама это знаешь…

В результате бурной деятельности, которую развила Марта Густаффсон, Вера вернулась в Москву к вечеру второго дня, и, заметив свет в окнах соседской квартиры, прямиком к начальнику и отправилась:

— Добрый вечер, Лаврентий Павлович, а, возможно уже, и добрая ночь. Но тут дело такое… не самое, конечно, срочное, но если я не поделюсь с вами, то просто не усну.

— А если поделишься?

— То не уснете уже вы, но я буду спать сном младенца, а это важнее.

— Вот ведь зараза! Ну ладно, делись… Видно, что новость не рядовая, раз уж ты из-за нее в Австрию не полетела.

— Я уже туда слетала. Меня Марта встретила, в Линц проводила, по дорогу вызнала, что мне там надо. И отправила на своем самолете домой: сказала, что я торговаться не умею и она все лучше сделает.

— И это столь важная новость, что ты мне спать не даешь?

— Нет. Мы в Линц поздно вечером прилетели, Марта нам заранее номера в гостинице, причем лучшей в городе, сняла. Но мне что-то не спалось… вы же знаете, что я люблю вкусно поесть? А деньги у меня в кармане были, так что отправилась я в ресторан…

— И ты мне будешь еще полчаса рассказывать, что ты себе в этом ресторане вкусного заказала…

— Не буду. А буду рассказывать, как ко мне начал приставать какой-то в зюзю пьяный господин. Ну он поприставал, даже представился, а потом я его затащила к себе в номер…

— Ты думаешь, мне это очень интересно?

— Вы даже не представляете как! В номере я ему дала еще рюмочку выпить, он уснул, а я — сугубо от скуки — просмотрела бумажки, которые в своем портфеле держал этот господин из австрийского генштаба.

— Гм… а если бы он проснулся?

— От моих снотворных невовремя не просыпаются. Потом я, конечно, скандал подняла, горничным заявила, что это пьяная свинья ко мне в номер вломилась… ну, его убрали, правда им все равно пришлось полицию вызывать.