Джерд Ральс не возражал.

Пираты управились лишь к вечеру, вычистив личную сокровищницу и ободрав особняк почти до голых камней. К сидевшему без сил на ступенях мужу подошла взбешенная супруга, которая благоразумно все это время вместе с детьми пряталась в подсобке под присмотром охраны одного из баронов. Все же пять молоденьких девушек и мальчишка, мало ли что. Нажить личного врага просто, а ведь с полковником придется еще в будущем договариваться о мирном сосуществовании. Так что пусть лучше семья под присмотром в темноте побудет, здоровее будут.

— Проклятый старикашка ответит за это, Джерд. Всеми богами клянусь, я заставлю Барба заплатить за случившиеся, за каждую проклятую минуту унижения!

Подняв на женщину покрасневшие воспаленные глаза, командир пограничной стражи лишь вздохнул:

— Боюсь, король ничего не заплатит. Мы сами выкормили монстра, который вцепился в руку дающую. Не удивлюсь, если весь юг теперь в огне. И наверняка была какая-то серьезная причина, чтобы бароны решились на подобное. И мне страшно узнать, что именно послужило толчком для набега. Очень страшно…

Старый король простудился и чувствовал себя паршиво. Именно так — отличное определение для общей разбитости, насморка и бесконечной головной боли, которая преследовала его всю неделю.

Сначала он застрял с инспекцией в одной из монастырских лабораторий, где колдовали над тяжелыми «громыхателями». Сколько ни бились над чужим сплавом мастера, но добиться подобного же качества никак не удавалось. Сначала Барба это смешило. Потом он лишь желчно про себя комментировал безрукость оружейников. А под конец уже начало злить. Потому что эйфория от первых успехов прошла, новый флот ушел на восток, а настоящего чудо-оружия все не было. Захваченные длинноносые железки пробивали ядрами дубовую доску на ста шагах, а свои поделки лопались при попытке выстрелить хотя бы на семьдесят. Пришлось на галеоны ставить кургузых монстров, которые годились только для абордажных схваток. Конечно, и это неплохо при драке с более слабым противником. Но хотелось большего.

Второй проблемой были ползущие слухи про затаивших недовольство аристократов. Вроде бы несостоявшийся мятеж подавили быстро и эффективно. Напуганные показательной казнью и яростью короля семьи отдали своих сыновей на службу и щедро жертвовали на поддержку полков, куда отправили отпрысков. Но ненависть никуда не делась. Сам факт того, кто король посмел напомнить, кто действительно главный на островах, отравил многим радость существования. И они шептались, шептались и шептались за спиной. Осторожно, без того, чтобы продемонстрировать ядовитые зубы. Но ведь никуда не делись, мерзавцы. Наверное, стоило их тогда на площади всех и прикончить. А на освободившиеся места набрать новых. Как поступил отец, например. Выкосил мятежные кланы и создал новые, наградив верных офицеров. Может, и ему так же поступить? Найти повод и перетряхнуть всю верхушку?..