— Мне иногда кажется, что легенды про общий народ у нас и соседей не лгут. Потому что хоть отец Барба захватил северные острова и Хапран сто лет тому назад, но людей он переделать так и не смог. Ни он, ни его злопамятный сынок.

— В Хапране так не думают.

— Разумеется. Потому что там в основном переселенцы с южных островов, торговцы и вояки. А те, кто возделывал землю и кормил других, они как жили в родстве с нами, так и продолжают жить. И чем дальше от столицы северной провинции, тем больше вольностей и меньше почтения к королю. Поэтому даже в набегах «сыроеды» там чаще находили друзей, готовых укрыть от погони, чем обнаженную сталь.

На плоском широком камне на краю небольшой заводи стояли двое: Ягер и Ледяная Ведьма. Легкие снежинки порхали в морозном воздухе, падая на покрытую мелкой рябью воду. Множество ключей давали жизнь будущей реке рядом с обломком скалы, поэтому даже в сильные холода лед сковывал текущую реку чуть дальше, оставляя свободным черное парящее пятно, которое местные называли Глазом Смерти.

Молодой капитан уже почти месяц летал помощником Хэльвора по всем Тронным островам. Высокий и широкоплечий «сыроед» активно учился и не стыдился спрашивать у Ягера все, что было ему в новинку. И как правильно понять, куда через мгновение повернет ветер, и как по внешнему виду облаков понять, где самый сильный поток, и как легкие серые мазки на вымороженном синем небосводе к вечеру превратятся в сметающую все на своем пути бурю. Но хоть Хэльвор и заплетал длинные волосы в косы, заправляя их за уши, подражая воинам прошлого, но для действительно знающего капитана ему было нужно потратить еще хотя бы пару лет, чтобы набраться реального опыта. Тем более что стоял он на палубе крутобокой шхуны, а не легкого драккара. Правда, где они, эти два спокойных года…

Когда Ледяная Ведьма пригласила к себе Ягера, контрабандист был готов к любому повороту будущего разговора. Был готов к возможному изгнанию или даже смерти. В самом деле, слишком много в прошлом грязного и кровавого было между ним и новым ярлом северного народа. Но то, что предложила Алрекера, выбило юношу из равновесия.

— В тебе дар, играющий с ветрами. Ты приводишь корабль в два раза быстрее любого иного из моих капитанов. Ты не просто дышишь воздухом высоты, ты живешь небом. Ты сам подобен ветру, не желая оставаться на земле и обретая себя лишь там, над островами. Мне нужен такой капитан. Но это должен быть мой капитан. Это должен быть человек, который в самом деле стал «сыроедом» и который умрет за нас не раздумывая.