В общем, несмотря на холодную встречу, расстались мы, если не лучшими друзьями, то заинтересованными друг в друге товарищами. Взаимовыгодное сотрудничество организовалось. На пороге Манька обернулась и, чуть помявшись, сообщила:
— Короче… Ты это, если что-то еще будет нужно узнать там или помощь какая потребуется, обращайся только ко мне! Ник в сети — Миллариэль! Кинешь письмецо. Все расскажу, как есть! Я больше всех тут знаю, так как работаю дольше! А Ксюшке и Надьке — не верь! И Лильке тоже! Те еще стервозы, перекати-поле! Одни деньги на уме. Врут, как дышат, еще и Иванычу все докладывают, стукачки! Кстати, отмоешься когда, с виду ты вроде бы ничего, мы и другие услуги оказываем, ну ты понял, да? Постоянным клиентам скидка. Это сообщаю, потому что сразу поняла — понимающий ты человек, достойный, — по блеску в глазах становилось понятно, какого плана эти «услуги», а последние слова в фразе она подбирала очень долго, — Тьфу ты, совсем забыла, вещи готовить будешь, из карманов все выкладывай сразу, ответственности за пропажу никто не несет…
Девушка исчезла, а я почти минуту продолжал стоять на одном месте, размышляя, если мне приготовили «теплую» встречу, то откуда ждать привета? И кто меня атакует?
Откровенно говоря, было страшно. Очень. Особенно пугала неизвестность. Сейчас хотелось больше всего выскочить в коридор. И вся сила воли уходила на то, чтобы подавить этот порыв, задавить в зародыше, не сорваться с места. Чувствовал, если дам слабину, то победить потом малодушие станет практически невозможно.
А пока надо заниматься делом, поход в локу никто не отменял, но и держать ухо востро, оружие под рукой и осмотреть внимательно помещение. Может тогда станет что-то ясно.
Не знаю, возможно, то были фантомные чувства, вызванные накруткой самого себя, но недобрый взгляд убийцы ощущался кожей спины. Липкий, мерзкий и очень опасный, а на душе не скребли кошки, в голове просто орала городская система противовоздушной обороны…
— 7 —
Едва только за горничной закрылась дверь, как сразу же тревога усилилась многократно, словно вместе с девушкой исчезло некое защитное поле, выступающее несокрушимым щитом перед непонятным Злом. И теперь, оставшись один на один с неведомым, с каждым ударом пульса разрасталась тревога, топя другие чувства, готовая вот-вот превратиться в животный ужас. Я метнулся к сундуку, посекундно оглядываясь.
Казалось, что именно тогда, когда отворачиваюсь, некто готовился напасть сзади, перемещаясь в пространстве со скоростью мысли. Он играл со мной, как кошка с мышкой. Мог в любую секунду воткнуть острейшие когти в спину, сомкнуть чуть ниже затылка на шее клыки. Но простое убийство для него было занятием скучным, неинтересным.