Город ни капли не изменился с его последнего захода в игру, да и с чего бы? Разве что игроков-новичков стало ещё больше, чем раньше. «Аркадия» явно набирала популярность среди игроков стремительными темпами. И сердце Ругару радовалось от того, что внушительную их часть представлял женский пол. При виде разнообразия прелестных ножек, изящных ушек, вычурных причёсок и замысловатых бронеюбочек, по его телу и мозгу растекалось пламя.

Вот только процесс любования прекрасным полом сильно портило обильное слюноотделение, начинавшееся у его аватара, отчего прекрасный пол шарахался в стороны и старался как можно скорее удалиться от пускающего слюни ликана на безопасное расстояние. Из-за этого Ругару пришлось взять себя в руки и невольно начать задумываться о том, чтобы начать нового персонажа, с меньшим количеством недостатков. А ведь желание поиграть за шерстяного волчару было так сильно… До недавних пор.

Спустя несколько минут активной ходьбы и мрачных дум, Роберт оказался на нужной площади, усеянной торговыми палатками и ларьками, и, пошарив глазами, нашёл искомого НИПа. Несмотря на то, что Граттар считался человеческим городом, тут хватало представителей и иных рас в качестве жителей. И нужный Роберту персонаж, по имени Баруг, оказался чёрным веребеаром, жарившим шашлыки в одном из ларьков.

Мясо маняще шкворчало на шампурах, пузырился и стекал вытапливавшйся жирок, недовольно шипя на углях упавшими каплями, заставляя угольки вновь вспыхивать язычками пламени. Глядя на то, как медведь у мангала ловко крутит бамбуковые шампуры, поворачивая мясо зарумянившейся стороной вверх, Роберт невольно сглотнул.

— Десять медяков, — произнёс вдруг громыхающий, словно катящиеся горные камни, бас.

— Чего? — очнулся Ругару, даже не до конца поняв, что обращаются именно к нему.

— Десять медяков за шампур, — повторил голос. Его владельцем оказался веребеар Баруг. — Покупай или уходи, другим вид загораживаешь.

Оказавшись не в силах устоять перед мясным искушением, ликан вытащил из кошеля десяток мелких тусклых монеток и протянул шашлычнику.

— Другое дело! — тут же осклабился медведь, щеголяя клыками. — Жди, уже почти готово.

Спустя минуту, когда мясо дошло до кондиции, он выложил шампуры на большое блюдо, обильно посыпал свежей зеленью и протянул ликану его порцию. И едва зубы Ругару стянули с шампура первый кусочек, он ощутил себя на вершине гастрономического блаженства.

Сочное нежное мясо словно само рассыпалось на волокна, обволакивая язык ликана всей мощью вкуса правильно приготовленного на углях мяса. Пряное от приправ и дыма, с освежающей ноткой свежей зелени, оно лишь пробудило его аппетит и в животе предательски заурчало. Медведь усмехнулся: