— Ждать мы не будем, — я помотал головой. — Но ящер нам не по карману, так что отправимся пешком.
— Что ж, понимаю, — немного грустно кивнул Ашканди. — Тогда, если вдруг вам понадобится компания в Эль Раухе, дайте мне знать. Я наверняка проведу там пару дней, пока буду выполнять задания.
— Замётано.
Мы обменялись дружеским рукопожатием, после чего наш новый приятель хотел пожать руку и Жоре, но тот стоял с затуманенным взглядом и тёрся щекой о бутылку. Ни до чего другого ему не было дела. Этот гном потерян для общества. Его не спасти.
На этом мы попрощались и Ашканди отправился к торговцу ящерами, а я схватил Жору за воротник и потащил в сторону дороги. Гном не то что бы сопротивлялся, так что, в конце концов, мне удалось заставить его идти самостоятельно. Но довольно быстро мне надоело смотреть на то, как он блуждает в астрале.
— ЖОРА, БЛИН! — рявкнул я прямо ему в ухо.
— А? Что? — в непонимании заозирался гном. — Чего кричишь, котэ?
— Потому что ты завис! — я ткнул пальцем в бережно лелеемую бутыль. — Ты уже или спрячь её или сделай что-нибудь с ней, хватит её обнимать и пускать слюни по бороде.
— Да, котэ, ты прав, конечно же, — смутившись, Жора кивнул и пригладил бороду. — Сейчас только дегустацию сделаю и спрячу.
Одним движением большого пальца он сорвал облитую сургучом плотную пробку, ловко поймав её другой рукой, и присосался к бутыли. Сделав хороший глоток, он тут же заткнул горлышко и прислушался к ощущениям. И они не заставили себя ждать.
Жора задрожал и судорожно втянул в себя воздух. В отличие от обычной Слезы, у него не выступил пот — от гнома сразу повалили густые клубы горячего пара. Кожа покраснела, словно раскалённый металл, из ноздрей и ушей пару раз вырывались огненные всполохи, а потом Жора повернулся лицом к небу и открыл рот.
С тяжёлым гудением вверх ударила струя бело-голубого пламени. Если пламя от Слезы, которое я видел в таверне, било, в лучшем случае, на метр от Жоры, то тут я совершенно затруднялся хотя бы примерно назвать высоту факела. Струя была высоченной, обжигающей и величественной, полностью соответствующей названию напитка и тем хвалам, что рассыпал в её адрес торговец. Глядя на неё, я даже испытал какой-то умиротворяющий трепет.
Вот только в Сиабе мои чувства не разделили. Взвыл тревожный горн и над базаром пронёсся надрывный, полный ужаса, вопль:
— ДРАКОООООООН!
…Наверное, нам стоило отойти подальше, да?
— R! R, это катастрофа! Что мне делать⁈
— Что такое, S? Успокойся и не голоси так.
— Как я могу успокоиться, R⁈ Они ничего не написали! Понимаешь? Ничего!