— Где экономка? — лорд Мелвилл смотрел брезгливо.
— Простите, — девушка стушевалась и тут же сбежала, вызвав у меня улыбку, от покрасневшего лица дознавателя, постаралась скрыть эмоции, опустив голову, рассматривая свои босые ноги. Ситуация у нас была презабавная, если не сказать больше. Поведение слуг выдавало привычки хозяина. Экономка пришла через несколько минут и с порога начала говорить.
— Лорд чем вам девушка угодила? Я сама отбирала, чистенькая, — увидела нас, осеклась и откашлялась. — Чем могу служить?
— Это леди Мари, моя подопечная, — сквозь зубы процедил дознаватель, — подберите из гардероба племянницы платье и накройте завтрак через час в столовой. Остальные инструкции получите, позже, — повернувшись ко мне, добавил, — иди с фру Стервад, она поможет одеться, мы будем ждать тебя к завтраку.
Вздохнула, но покорно поплелась за экономкой, желая себе набраться терпения и не упасть в голодный обморок. В глазах летали мушки, голова кружилась, но я старалась держаться. Женщина, заметив моё состояние, настояла на крепком и сладком чае, кости произвели на неё сильное впечатление, но я была ей благодарна за заботу.
Мыли и одевали меня в шесть рук, попытки экономки выведать хоть что-то игнорировала. Платье пришлось ушивать, чтобы оно не висело на мне как мешок. Зеркало отразило незнакомку, заставив вздрогнуть. Совместить внутреннее Я и новую внешность получалось с трудом. Долго смотрела на себя и уговаривала мозг принять факт, смены облика, получалось плохо. И как люди решаются на пластику, перекраивая себя, непонятно. Видимо, со временем привыкну.
Пока меня вели в столовую, запнулась несколько раз, потому что обуви моего размера не нашлось. Ножка оказалась маленькой, а у племянницы герцога немного больше, вата не спасала, которую подложили в носок туфелек. Успокаивала себя тем, что не раздета и не разута, уже хорошо, а там пособие получим или заработаем.
Смущал только один момент, экономка молчала, а я слышала, о чём она думает. Сначала мне показалось, что она меня спросила, но как-то невнятно, а потом до меня дошло, что это чужие мысли, которые становились громче, когда человек злился. Было странно и неприятно, чужое любопытство, липкое, нахальное. Мысли горничных заставили задуматься, но их я отложила на потом, когда будет больше информации, сделав пометку.
Дом был богатым, всё в нём дышало историей многих поколений, которые вложили в это немало сил и средств. В нишах стояли статуи, на стенах висели картины, с пейзажами, натюрмортами, батальными сценами и привлекли меня намного больше. На них были изображены магические бои и это было очень красиво, а ещё помогало отвлечься от чужих мыслей и сохранить спокойствие.