Страну лихорадило, и из эпицентра конфликта словно раскалённой лавой плескало в разные стороны. Казалось, это безумие никогда не кончится.
ЛЕДЯНОЙ ПЕРИОД
Буквально через два дня после Вовкиного звонка прошла новость, что была уничтожена целая колонна федеральных войск. Я от страха не запомнила ни одного названия — где, что, кто? Мотострелковый полк… Мото?.. Могли бойцов с автобата туда направить?
Тут бабушка сердито сказала:
— Ну-ка, не психуй! Думаешь, они доехали уже? Хм! Так их самолётом и послали! Жирно будет!
Это не вполне меня успокоило. Откуда мне знать? Авиа же училище — а вдруг и самолётами? И даже если нет — всё равно, что там делается-то, кошмар какой…
— Иди лучше, кнопки свои потыкай, — проворчала бабушка, — отвлечёшься маленько.
Я пошла. А что делать-то, правда? Колом посреди зала стоять?
Включила комп, села, открыла начатый текст…
Монитор мигнул, и вместо наполовину написанного предложения включилось звёздное небо. Я поняла, что сижу, опершись локтями в стол, положив лоб на ладони. Это что — я полчаса сижу уже так, что ли? У меня заставка на полчаса бездействия настроена…
Никакого толку из такой работы не выйдет. Я всё выключила и посмотрела на постель. В голове было пусто. И одновременно тяжело. Как это совмещается?
Больше всего хотелось лечь и не шевелиться, тупо уставиться в ковёр, в шерстяном узоре которого проступали то цветы, то рожицы. Сегодня были в основном маски. Страшные.
Конец апреля дался мне тяжело. И следующий за ним май тоже. Иногда мне казалось, что я внутри промёрзла насквозь, превратилась в сплошную ледыху. На дизайнерских курсах начались зачёты, потом экзамены, которые я сдавала на автомате, как робот.
Какие-то головы в телевизоре говорили про эту войну, и всё разное. Говорили много и непонятно, а мне хотелось знать одно: скажите, когда это закончится? Кого-то убили, аж ракетой. Я не знала, кто это, и почему всё так. Где-то опять взорвали троллейбус. Господи, неужели всё это надо, чтобы просто жить?
Когда я спросила об этом папу, он начал объяснять. У него получалось со смыслом, но все аргументы выветривались у меня из головы, не имея, за что зацепиться. Оказалось, что там замешана целая куча государств и организаций со своими интересами… Очень большие деньги. Очень большие политические ставки. А люди… Они оказались под ногами у сильных мира сего.
— Пап, когда это закончится?
По всему выходило, что нескоро. Ну, правильно — ещё в конце апреля по телику кричали, что почти уже. И ни фига. Врут без зазрения совести, никого не стесняются…
А ведь май уже заканчивается, лето скоро. Божечки мои, я и календарик свой давно куда-то забросила. Какое уж тут зачёркивание! Лишь бы жив приехал!