— У тебя тонкие кости, — заметил он словно между прочим. — Хрупкие, как у птицы.
Я подняла на него взгляд, но промолчала.
— Повернись. — Он слегка коснулся моего плеча, направляя к кровати.
Я повернулась к нему спиной, и он завёл мои руки назад, закрепляя конец ремня за деревянную спинку кровати.
— Теперь ложись поудобнее. — Он накрыл меня одеялом. — Не дёргайся ночью, иначе натрёшь кожу.
Я чувствовала его дыхание у своего виска.
— Если попытаешься сбежать, я найду тебя быстрее, чем ты успеешь надеть сапоги.
Вайрен погасил свечу, и комната погрузилась во тьму.
Он направился к двери, бросив на меня взгляд через плечо. В полумраке его глаза блеснули золотом — всего на мгновение.
Дверь тихо закрылась, его шаги затихли в коридоре. Я ещё долго лежала неподвижно после того, как дверь закрылась. Тишина. Я смотрела в темноту и пыталась понять только одно:
— «Что, чёрт возьми, только что произошло?»
Медленно пошевелила руками. Ремень тут же впился в запястья. Я замерла. Попробовала снова, уже осторожнее. Бесполезно. Руки были заведены за спину и привязаны к деревянной спинке кровати так, что я могла лишь немного изменить положение, но не больше. Я не могла даже перевернуться на другой бок.
— Боги... — прошептала я в темноту.
Закрыла глаза и уже через несколько секунд снова открыла. Спать не хотелось. Тело было измучено, после дороги всё болело, веки стали тяжёлыми, но заснуть связанной в кровати было сложно. Особенно после того, как мужчина, которого я почти не знаю, сообщил, что может случайно убить меня посреди ночи. Я стиснула зубы.
— «Откуда вообще у него взялась мысль, что я собираюсь перерезать ему горло?»
Я боялась крови. В детстве однажды отец порезал палец ножом для бумаги, и я едва не потеряла сознание, увидев несколько капель на столе. Я даже курицу сама зарезать не могла. Когда мать просила помочь, я всегда находила какое-нибудь чрезвычайно важное дело подальше от двора. Вайрен серьёзно думал, что я проснусь посреди ночи, найду нож и перережу ему горло? Я представила это. Сразу стало плохо. Точно нет. Даже Сайвара... Мысль оборвалась. У меня были все причины ненавидеть короля. Наверное, я имела право желать ему самого худшего. Но если бы сейчас кто-то положил передо мной нож и сказал:
— «Убей его»...
Я бы не смогла. Мне не хотелось это признавать, потому что это казалось слабостью. Но правда была простой: я не могла убить человека. Даже того, кто причинил мне боль. Даже того, кого боялась. Я могла ненавидеть. Могла желать оказаться как можно дальше. Могла даже представлять, как кто-то другой заставит Сайвара почувствовать хотя бы часть того страха и боли, которые он заставил пережить меня. Ремень так давил на руки, что кончики пальцев уже начало неприятно покалывать. Я пошевелила ими и снова попыталась ослабить ремень. Потянула одну руку. Потом вторую. Ничего. Вайрен точно знал, что делал. Я откинула голову на подушку.