И вот на кой Голему приспичило вставать на ноги именно в тот момент, когда я выстрелил? Прямо как сглазил меня кто-то. Пуля должна была войти ему ровно в висок, либо уложив при этом на месте, либо, если небесное железо окажет на этого верзилу действие не столь разрушительное, чем на вурдалаков, в достаточной мере нейтрализовать. В той, при которой я успею его добить прежде, чем он поймет, что происходит.

А в результате что? Нет, пуля не прошла мимо, она ударила его в плечо. Мало того — случившееся повергло его в пусть секундный, но ступор, он даже артефакт уронил на пол. То, что из раны брызнула кровь — это ладно. Голем не мог поверить в то, что он впервые за долгое время испытал боль.

Этого мгновения мне хватило на то, чтобы вскочить на ноги и выстрелить еще два раза. Первая пуля ударила гиганта в бок, заставив заорать благим матом. «Дум-дум» штука суровая, раскрывшаяся на четыре лепестка пуля сейчас рвала его нутро. А вот второй выстрел ушел в «молоко», поскольку, несмотря на серьезную рану, Голем подхватил уроненную слезу Рода и шустро рванул в сторону выхода с этажа, пятная пол кровью. Разумно. Репутация репутацией, слово словом, но жизнь дороже. Когда у кого-то есть очевидное преимущество и то, что может тебя убить, геройствовать всегда не с руки. А остальное после можно списать на форс-мажор.

— Опять не сдох, — услышал я усталый голос Стрелецкого, пробегая мимо него. — Вот как так?

Времени на ответ у меня не было, следовало догонять Голема, который даже в подраненном состоянии проявлял невероятную шустрость, потому я даже взгляд на бывшего попутчика не бросил. А зря, поскольку тот успел вынуть припрятанный где-то в тряпках, на которых сидел, пистолет и выстрелил мне в спину. И попал бы, сволочь такая, кабы не Баженов, который, оказывается, вовсе не умер. Услышав звук выстрела, я на ходу обернулся и увидел, как Слава, матерясь, выкручивает у Аркашки из рук оружие.

Досматривать, кто кого победит, мне было некогда, судя по топоту — мой противник уже находился на лестнице, причем направился он не вниз, к выходу из заброшки, а вверх, на крышу. Зачем? Все просто и логично. С этим зданием граничит территория какого-то склада, об этом Даня упоминал. Во дворе мне его достать будет куда проще — что прямо там, что из окна. Он хоть и захламленный, но достаточно открытый, расстрелять того, кто выбежит из дверей — милое дело. Зато крыша самое то. Сиганул с нее на складскую территорию — и все, ищи-свищи. А там извлечь пули, подлечиться, отлежаться и меня пойти искать, чтобы за все сразу спросить. И заодно выяснить, чем это я его так приласкал, чтобы в будущем подобных эксцессов не допустить.