— И заодно сделал так, чтобы твоя фамилия в протоколах не фигурировала, — продолжил за меня мысль Ровнин. — Верно?

— Верно. Вы же понимаете, что я не при делах?

— Сильно засветился?

— Не знаю. Штука в том, что у Аркадия группа прикрытия имелась, пришлось с ними сцепиться, потому и не успел покойного спасти. Может, потасовку и видел кто, народ у нас нынче социально активен. Если на «Добродел» напишут, то не страшно, а вот коли полицейскому чину какому расскажут, как человек после удара в облачко пепла превращался, то добра не жди. Полагаю, и вам эти нездоровые сенсации на фиг не нужны.

— Все интереснее и интереснее, — протянул начальник отдела. — Ладно, скинь адрес и там меня жди. Скоро буду.

Ровнин не обманул, на самом деле довольно шустро добравшись до квартиры покойного шамана.

— Н-да, — произнес он, сразу пройдя в комнату, где на полу лежал уже начавший остывать труп. — Невеселая картина.

— Судьба, — сказал я, выходя из кухни, где провел время в ожидании Олега Георгиевича. Был, конечно, соблазн чуток пошарить по ящикам, глянуть на то, что там лежит. Шаманом Паушши, разумеется, был ненастоящим, но это не значит, что к его рукам не могли прилипнуть какие-то стоящие артефакты. Эта публика — что сороки, они загребают своими лапами все оккультное добро, которое попадает им на глаза, и иногда среди куч откровенного сора и подделок нет-нет да и попадутся на самом деле стоящие вещи. Майя, например, в коллекции одного популярного телеясновидца обнаружила кинжал, который некогда принадлежал Жилю де Ре, быстренько прибрала его к рукам, а после, по ее словам, за очень неплохие деньги продала Хранителю кладов. В принципе, в последнее верю. Все знают, что он охотно скупает предметы с историей, особенно те, за которыми тянется кровавый след. Но не дай бог кому-то попробовать его обмануть, неприятностей тогда не оберешься. Что же до квартиры шамана — не стал я ее обыскивать, прибыток невелик, а беду накликать на себя можно. Да и брезгливо. — Кому что на роду написано, то и случится.

— Я с данной формулировкой не сильно согласен, а ему теперь все равно, — отмахнулся Ровнин. — Но разрез-то какой! Сразу видно — профи работал. Макс, а это точно не ты его?

— Точно. Мне оно зачем? В какой точке мы друг другу помешать могли?

— Да шучу, шучу. А ты давай рассказывай, кто нашего душегуба под свое крыло взял? Какая из семей? Только подробно, с деталями.

Время для того, чтобы состряпать вполне реалистичную, но при этом цензурированную историю, у меня имелось, потому никаких затруднений я не испытал.