«Пришло время продать свои руки и знания за хорошую цену», — говорю я себе.

Ко мне, стоящему в воротах и разглядывающему цех, подошел приветливо улыбающийся, относительно чисто одетый человек, появившийся из маленькой каморки на входе.

С вопросом: что господину Охотнику понадобилось?

Но, только узнав, что многоуважаемый господин пришел узнать о найме на работу, человек поменялся в своем поведении радикально. Приветливость исчезла, зато надменность стала проявляться в каждом жесте. На мои намеки о возможном улучшении конструкции подвод внимания не обратили от слова совсем, сразу показали мне будущее место.

«Умный здесь всего один, а он уже передо мной стоит», — вот что мне так активно доносят.

Прислушивающимся к разговору рабочим хозяин еще раз напомнил, что мастерская Ольса — лучшая мастерская в Асторе и землях вокруг. И я нужен, возможно, в качестве разнорабочего на полставки. Пока, наконец, под мудрым руководством хозяина не пойму, что бегать по лесам — каждый может, а работать руками — далеко не каждый.

Все стало понятно, я просто для интереса спросил:

— Сколько по деньгам — полставки?

Оказалось, что целых сорок серебра за всего-то месяц работы. Значит, опытные работники у него могут получать около восьмидесяти серебра, золотой с четвертью.

Не выдающиеся деньги для мастера, на самом деле, а просто рабочему — хорошая плата. Хватит содержать семью, ведь расходы на жилье минимальны, вот одежда и обувь реально дорогие, да вообще продукты недешевы.

Ну, такая статья расходов от хозяйки зависит и дешевыми продуктами мастерица может семью отлично кормить.

Дискаунтеры еще нескоро появятся с дешевыми шмотками, зато и в мегамоллах много денег не оставишь, в аквапарки и цирки не отведешь семью. Копить на Турцию не приходится, машину тоже покупать не торопишься, заправлять и обслуживать.

Пенсий тоже не выдают на карту каждый месяц. Поэтому приходится вкладываться в детей, чтобы нашлось кому хлебушка в воду покрошить в быстро приходящей здесь старости.

«В местной мастерской хозяин слишком самоуверенный и надменный. Дела у него хорошо идут, вот он и пыжится передо мной», — вижу я определенно.

Только что своими же надменными словами он сделал первый шаг к разорению производства, неизбежному поглощению пока что более слабым конкурентом. Простительно для него вообще то, ведь попаданцы в чужие миры нечасто идут в тележное производство.

И такое слово ему вообще неизвестно.

«В основном на огромных жеребцах скачут целыми днями, доминируя и нагибая все вокруг. Или на огнедышащих драконах. Ну и ладно, черт с ним!» — решаю я.