Отец с удивлением и даже с долей уважения поглядел на меня, и не стал юлить, чем сразу поднялся в моих глазах:
— Да, хочу выловить крупную рыбу, которая желает тебя сожрать. Иначе нам не выйти на заказчика. Меня вся эта история, начиная с аварии, очень напрягает. Не люблю воевать с тенями.
— То есть мне будет можно свободно разгуливать не только по студенческому городку, но и по посещать рестораны, кафе, вечеринки?
— Сильно-то не увлекайся, — сразу заворчал папаша. — Вечеринки ему подавай. А учиться кто будет? И вообще, сначала поступи, а как проводить свободное время — вопрос второстепенный. Не забывай, что за тобой идёт охота.
«Идёт охота на волков, идёт охота — на серых хищников, матёрых и щенков! Кричат загонщики, и лают псы до рвоты. Кровь на снегу — и пятна красные флажков», — нарочито хриплым голосом пропел Субботин несколько будоражащих строк.
Я поёжился. Надо потом выпросить у тёзки всю песню. Это же надо так талантливо в несколько строк описать ужас и безысходность тех, за кем неумолимо идут загонщики. Слава богу, я ещё не в том положении, чтобы метаться из угла в угол, уворачиваясь от пуль или от удара ножа.
Несколько следующих минут мы обговаривали, как вести себя в Уральске, куда не следует совать нос, в каких случаях звонить отцу. Он дал мне несколько адресов, по которым я могу попросить помощь, но только в критических случаях, а не по каждому косяку, вроде попадания в полицию.
На этом и расстались. Отец, было видно, куда-то торопился, да и я не горел желанием «мять яйца», как ярко выразился Субботин. Попрощавшись, пошёл в свою комнату готовиться к отъезду.
Кое-что проясняется, или просто кажется?
Массивная фигура у окна уже целых двадцать минут стояла без движения, заложив руки за спину. Что там интересного увидел Магистр, если во дворе кроме фонтана с фигурой Нептуна и резвящихся у его ног русалок ничего больше нет? Ну, допустим, скульптурная композиция весьма неплоха, но сколько же можно душу вытягивать? Хоть бы заорал, затопал ногами.
Осторожно сопя покалеченным носом, Вагиз переминался с ноги на ногу. Ему было очень тяжело. Сломанную челюсть едва-едва залечили лекарскими амулетами, а носовую перегородку Целитель почему-то оставил без внимания. Только поправил её тонкими щегольскими пальцами, заставив клиента в полной мере прочувствовать неприятный хруст внутри головы и наградив яркими звёздочками в глазах на несколько минут. Теперь хотелось полежать в постели пару дней, не отвлекаясь ни на какие дела.
— Расскажи-ка ещё раз о бездарной попытке выполнить рядовое задание, — хозяин, наконец, развернулся, и налитыми чернотой глазами уставился на Вагиза. Это был мужчина в безупречно сидящем сером в полоску костюме; на вид ему можно было дать чуть больше шестидесяти лет. Благородная седина обсыпала тщательно уложенные в аккуратную причёску волосы. Скуластое, волевое лицо, острый подбородок, тщательно выбритый, на первый взгляд были самыми обычными, но почему-то всегда пугали парня до колик в животе. Вот и сейчас опять накатило ощущение пустоты. Может, дело во взгляде, а не в этой безупречной внешности?