Я лихо вертанул клинками «восьмёрки», на которых в этот момент расцвели ярко-алые розы, роняя огненные лепестки на пол манежа. Сверху раздался удивлённый вздох. На этот раз у меня получилось эффектно использовать индивидуальную особенность моих сабель. Получилось очень неплохо. Покрывшись доспехом, который переливался жёлто-красными всполохами, я сделал шаг вперёд и лёгким движением рук отбил оружие Яковлева в сторону. И в то же мгновение мы взорвались каскадом разнообразных движений. Мой противник делал упор на «восточные» типы ударов. К примеру, за те доли секунд, что мы схлестнулись в бою, он дважды выполнил режущий удар, который исполнялся плечом и спиной при неподвижных запястье и локте, характерный для воинов Востока, а левый клинок уверенно парировал мои попытки атаковать бок и подмышку.

У Андрона сабли были изогнуты чуть больше моих, поэтому он старался использовать технику «рубки дров», обрушивая на меня очень сильные удары. Столкновение атрибутов Огня и Воды создавало эффект пара, взмывающего под потолок манежа. Мои тренировки с Варягом проходили без всяких доспехов, что качественно отличалось от боя с защитой. Соприкосновение клинков будоражит кровь куда острее, чем странное шипение, похожее на змеиное; оно заставляет реагировать на опасность и думать головой быстро, пока тебе эту голову не отсекли. Наседая на Яковлева, я с благодарностью думал о Варяге, вбивавшем в меня необходимый минимум отточенных движений, которые сейчас помогали. Андрон был растерян, не мог приспособиться к моей технике, хотя всё уже давно описано в классических пособиях по фехтованию.

Несколько ударов с оттягом значительно нарушили защитную оболочку доспеха Яковлева. Каждое соприкосновение со «снежной кольчугой» сбрасывало с моих клинков розовые лепестки, ложившиеся под ноги и тут же рассыпавшиеся в прах. В какой-то момент я почувствовал, что могу победить и поплатился за это. Растерянность Андрона сменилась яростью и злостью. Это помогло ему отбиться и перевести дыхание, после чего на меня обрушился самый настоящий ледяной шквал. Клинки перестали генерировать Стихийные атрибуты, и пошла рубка со звоном стали. О чём я и мечтал. Главное, не допустить заваливания основного клинка, при котором он подходил к поражаемой поверхности не перпендикулярно, а под углом. Иначе удар получался неправильным, что могло привести к опрокидыванию оружия с потерей поступательного движения.

Мы скользили по кругу, обмениваясь мощными ударами. Что я, что Андрон уже успели оценить невозможность выбивания оружия из рук противника, поэтому сосредоточились на уничтожении доспеха. Яковлев провёл несколько атак, нацеленных на бёдра и бока, а потом я заметил, что он старается напитать клинки энергией Стихии, чтобы пробить защиту. Острые кромки, заточенные до бритвенной остроты, со свистом рассекли воздух, проделали обманный манёвр, и левый клинок достиг цели, разрезав доспех на плече. Обжигающая боль пронзила меня от макушки до пяток.