— Не-а, — упёрся парень. — Я уже накопал информацию, что Дружинин на клинках слаб. Он проиграл пять дуэлей в старшей школе против одной выигранной. А это значит, что ему не хватает практики! Многие напрямую утверждают, что его техника оставляет желать лучшего. А на быстроте далеко не уедешь. Брошу ему вызов, как только учебный год начнётся. Выберу момент, чтобы в рожу ему перчатку кинуть.

— Сейчас перчатки не кидают, — заметил Кирьян, сворачивая на улицу, через которую можно было проехать к реке Чаган, вдоль которого протянулся целый посёлок добротных домов. В них жили семьи, преданные роду Ростоцких, и к тому же работающих на «Аквафину»: управляющие, директора подразделений, экономисты, ценные специалисты иных направлений.

Широкая асфальтированная дорога, блестящая под лучами предосеннего солнца, отчего казалось, что её промыли с шампунем, привела прямо к особняку Ростоцких. Он стоял в ста метрах от темноводного Чагана, огороженный красивым ажурным забором, в котором каждый элемент декора был выкован с особой тщательностью и любовью. В них угадывались наконечники копий, распустившиеся бутоны цветов, орнаменты кочевых народов и вьющиеся виноградные лозы с тонкими листочками. Андрон знал, что стоит лишь прикоснуться к одному такому листочку, как он начинал тревожно вибрировать, передавая по цепи сложных связей тревогу на контрольные точки, которые давали сигнал операторской. Камеры начинали отслеживать любое движение и через полминуты нарушитель, если таковой находился, обнаруживался, после чего взять его тёпленьким не составляло труда. Забор представлял собой целую охранную систему, поэтому к нему лучше бы не прикасаться. Хочешь любоваться шедевром кузнечного искусства — пожалуйста, но руками не лапай.

Андрон предполагал, что без магии здесь не обошлось. Пусть её применение строго регламентировалось Надзорной Комиссией, но для защиты частной собственности допускалось использовать элементы магических потоков Ока Ра. Вот Ростоцкие и пользуются такой возможностью.

Кирьян осторожно, без показной агрессивности, подкатил к воротам, возле которых не было ни одного охранника, и мигнул фарами. Ажурные створки дрогнули и плавно распахнули свои крылья. Даже в этом Ростоцкие показывали свою индивидуальность. Охрана легко пропускала человека, не мурыжа его возле ворот, потому что система наблюдения уже досконально проверила посетителя по базе допуска. С теми, кто впервые приезжал в гости, конечно же, вели беседу, прежде чем дать добро на посещение. Яковлев давно находился в базе благонадёжных, как и номер машины, на которой он ездил.