— Господи… Какой же он…

На глазах любимой женщины выступили слезы. Я смотрел на это гордый самим собой. Ну, и совсем чуточку выдыхал. Все же, понравилось. Точно же понравилось? Словно читая мои мысли, она выдохнула:

— Повезло тебе, не стану я пилить мозг, что что-то не так. Бедросович, он идеален!

Счастливо усмехнулся. Странное удовольствие накрыло меня. А все потому, что я сделал тысячи носиков, получил тысячи восторженных отзывов и благодарностей, но еще ни разу они не были такими… В самое сердце.

Все же, Стрельников прав, будь он неладен! Сделать счастливой свою женщину, собрав ей шикарный нос, дорогого стоило. Это какой-то особый вид эмоций. Искренних и мощных.

— Спасибо! — кинулась она обниматься, получив при этом люлей.

Ну, аккуратнее же надо! Нос еще не окреп и не зажил! Да и вообще, на самом деле, финальный результат будет не ранее чем через пару недель точно, а то и года. Все же, тело не может так быстро адаптироваться.

Но сейчас на меня смотрела самая красивая (хотя она и до этого была прекрасна) молодая женщина на свете. А дополняли ее образ сияющие счастьем глаза. Меня чуть не раздуло от важности.

Она осторожно чмокнула меня в губы и полетела показывать свой нос остальным. Сегодня у нас по поводу помолвки целое общество собралось. Я не стал ее останавливать. Пусть радуется. Там, может, невесту Стрельникова убедит грудь сделать.

— Ну, вот, теперь она стала похожа на своего отца, — раздалось недовольное сзади.

— Ну, значит, еще счастливее будет, — не остался я в долгу, глядя на свежеиспеченную невесту.

Мать Оксаны хмыкнула, протягивая мне булочку. Скорее всего, с капустой. Я непозволительно много их съел сегодня. Взглянул на красивую и такую же счастливую женщину.

Еще бы, ведь только такая, как она, могла отхватить себе в женихи начальника одного из департаментов Министерства сельского хозяйства. Впрочем, я не удивлен.

— Ты ей еще не рассказывал? — неожиданно спросила она.

— Потом расскажу, — как-то смутился я.

Все же, не знаю, готов ли я к тому, чтобы быть с ней настолько откровенным. Словно читая мои мысли, женщина добавила:

— Да что ты мнешься как девица у клуба? Не съест она тебя. Велика тайна, что парень ее родом из деревни.

Настала моя очередь хмыкать. Вообще да. Самое смешное, что я и вся моя семья еще более махровые деревенские, чем она с матерью. Мы вообще из глубокой Сибири, и мой путь к Олимпу пластической хирургии был весьма долог. И непрост.

Да и вообще что-то мне подсказывало, что мои родители будут от такой невесты в неописуемом восторге. Точнее, от ее матери. Сама Оксана, как и я, словно белая ворона в такой обстановке. Как моя мать сказала бы: «Не знает с какой стороны к корове подойти».