— Последнее шоу смотрел? — спросил я.

— Не смотрел.

— Зря. Если выживешь в этой бодяге, посмотри обязательно. В записи, конечно, не так интересно, как в прямом эфире, но всё равно прикольно. Я снова участвовал, только на это раз на стороне охотников. Дали мне бригаду бойцов, указали направление. Я одному своему бойцу велел провести разведку, а он ни с того ни с сего начал права качать, дескать, нехер мне приказывать, я без тебя знаю, что лучше и вообще иди в ту же сторону, в которую Макар телят гоняет.

Харитон хмурился, но рассказ мой слушал, и не только он. В люк заглянул Шум, а Желатин стал не так громко стучать ключами.

— Ты же понимаешь, — продолжил я, — даже маленький разлад в команде может привести к краху всего предприятия. Опять же обстановка накаляется, ругань, недовольство, а у всех оружие, нервы. Не хватало ещё перестрелять друг друга.

— Ну и чё там с этим, который отказался? — нетерпеливо выкрикнул Шум.

— Да ни чё, — пожал я плечами. — Нож в брюхо ему всадил и отправил в разведку другого. Кстати, неподалёку тут, у моста. Если приглядеться, можно след от лужи крови увидеть. Сходи, посмотри, если не лень.

— К чему ты это? — фыркнул Харитон.

— Да к тому, что если кто-то вздумает зубы скалить и приказы мои игнорировать, я его под катки положу, а на место заряжающего кого-нибудь другого возьму. Я ответил на твой вопрос?

Харитон промолчал, но угрозу оценил и фыркать перестал.

С Шумом всё было проще. Гук не зря рекомендовал его. Дельный мужик. Он вынул пулемёт из маски, разобрал, вычистил, снова собрал и установил на место. Примерился к оптическому прицелу, вставил ленту. Осталось передёрнуть затвор, и можно бить на поражение.

Пока разбирались с имуществом и обязанностями, стемнело. Желатин продолжал возиться с мотором, Шум и Харитон разожгли костерок, вытащили из бардачка немецкую каску, налили в неё воды и поставили на огонь. Покрошили листья, добавили горсть риса, вскрыли банку тушёнки. Неплохое блюдо получится, наверное. Солдатский кулеш с крапивницей.

Я сидел на башне, вглядывался в склоны оврага. Где-то на периферии возникло ощущение чужого присутствия, но тут же пропало. Скорее всего, пёсо. На него и лизуна интуиция реагировала спокойно, изображая всего лишь лёгкий дискомфорт. Оно и понятно, с пёсо я справлюсь голыми руками, даже если прискачет целая стая. Они, конечно, вёрткие, и нападают, повинуясь былому собачьему инстинкту, всей сворой, но если им показать собственную звериную сущность, то они и не нападут вовсе. А лизуны вообще не опасны… Матрос говорил, они телепаты, контролируют разум всех прочих тварей, на людей не покушаются, хотя случайно поранить могут, всё-таки мутанты, и когти у них заточены не по-детски…