– Можешь идти спать, – холодно сказал Джахал. – А мне с этой дэвой нужно поговорить о гостеприимстве.

Пран прикусил губу:

– Капитан, вы слышали, что она сказала… ее люди должны вскоре вернуться. Может быть, нам лучше…

– Лучше бы ты не совался в чужие дела и шел спать. Если только тебе вдруг не стал известен путь в Сугдам. – Он уставился на Прана пристальным взглядом. – Это очень гостеприимная земля, Пран. Ты же не хочешь в ней потеряться.

Угроза в голосе Джахала заставила его замереть. Девушка смотрела на него умоляющим взглядом. Но он не сомневался в смысле слов Джахала.

«Она всего лишь огнепоклонница», – сказал себе Пран. Боже милостивый, люди говорят, что здешние дэвы настолько дики – у них дочери спят с отцами.

Он откашлялся:

– Я понял.

– Тогда спокойной ночи.

Пран поднялся. Ноги у него тряслись, когда он повернулся к Джахалу спиной. Он демонстративно расположился так, чтобы не видеть их, разворачивая спальные принадлежности. Он разложил их как можно дальше от Джахала и девушки, улегся в самом темном углу под чердаком-кроватью и спиной к ним.

Раздался звон, поднос и супницы отодвигались в стороны. Потом приглушенный вскрик.

– Вы думаете, что вы лучше нас, – услышал он шипение Джахала. – Все вы.

Пран свернулся в комок, увидев блеснувший металл, закрыл уши руками. Он не хотел это слышать.

И тут он выпрямился в одно мгновение, потому что теперь увидел блеск металла с другого ракурса.

И увидел он массивный серебряный лук.

Он быстро моргнул, уверенный, что ему это мерещится. Наполовину скрытый стеганой подушкой огромный лук имел размер приблизительно в половину роста Прана, а его рукоять выглядела внушительно и в то же время изящно. Серебряная поверхность лука была покрыта тонкой латунной филигранью. Лук этот навевал мысли о каком-нибудь легендарном оружии, не предназначенном для современного человека. Это был артефакт, бесценный и убийственный.

Эти мысли он обращал к самому себе… пока не заметил колчан со стрелами рядом с луком, оперение на стрелах было совсем свежим.

Дверь распахнулась.

Пран подобрался, его душа ушла в пятки. Он ожидал увидеть какого-нибудь гигантского воина, мстительного лучника, который, по представлениям Прана, должен был соответствовать этому устрашающему оружию.

Он уронил руки, увидев в дверях еще одну женщину-дэву и, что говорить, не очень пугающую. Она была даже ниже девушки. И старше по меньшей мере века на полтора, если ориентироваться на седину в ее волосах. На ней был плотный кафтан и мешковатые штаны, какие обычно носят мужчины-дэвы. Из-за пояса у женщины торчал охотничий нож, а на плечах лежала суконная чадра.