– Прости меня, Акиса. Я так виновата.
Акиса отмахнулась от нее:
– Ты не виновата. Никто из нас не виноват.
Субха закончила накладывать лубок на запястье Зейнаб, в воздухе висел запах лайма и гипса.
– Любайд был добрым, – тихо сказала Субха. – Я часто выпроваживала его из лазарета за курение, но он всегда был таким нежным с детьми рабочих.
– Я убью существо, которое сделало это. Господом клянусь. – Акиса отерла глаза, потом рвано вздохнула. – Зейнаб, твой брат… Я говорила с выжившими, которых сумела найти. Они все говорят одно. Тот ифрит, который убил Любайда… он забрал и Ализейда.
– Что? Что ты имеешь в виду – «забрал»?
– Не знаю. Они сказали, что этот ифрит исчез. Ударила молния – и они оба исчезли.
«Исчезли». Это слово долго звенело в ее ушах. Зейнаб открыла было рот, но слов у нее не нашлось. Она бы предпочла сама найти тело Али, в каком бы состоянии оно ни было. Она сожгла бы его и молилась бы, как молятся ее соплеменники. По крайней мере, знала бы, что он умер мучеником и его глаза открыты раю.
Теперь он придет в себя рабом человека. А впереди его будут ждать века страданий от рук народа, чьим миром он всегда так восхищался.
– Это моя вина, – с трудом проговорила она. – Я во всем виновата. Я никогда не должна была содействовать его возвращению…
– Зейнаб. – Акиса неожиданно оказалась рядом с ней, положила руки ей на плечи. – Послушай меня. Ни в чем ты не виновата. Ты не могла предвидеть, что город подвергнется нападению. И велика вероятность, что Ализейд жив. Мы не знаем, что ифриты хотели от него.
Слезы обжигали глаза Зейнаб.
– Они всегда хотят одного.
– Ты этого не знаешь, – не сдавалась Акиса. – Возможно, ифриты у нас за спиной сговорились с дэвами. Иначе зачем они вообще здесь?
– Что? За этим стоят дэвы?
– Короля убил этот бесхребетный великий визирь, это он выпустил яд, целясь в мой народ. – Акиса сплюнула. – Я его убью.
Убийственные заявления Акисы ненадолго вывели Зейнаб из отупляющего облака скорби, грозящей поглотить ее целиком. У нее не было времени предаваться горю.
– Я не думаю, что во всем виноваты дэвы, – сказала она. – В конечном счете ведь именно Нари нас предупредила. Она и Мунтадир остались во дворце, чтобы мы смогли предупредить квартал Гезири, а потом направить Али и королевскую гвардию на поле боя.
Субха принялась расхаживать из одного конца комнаты в другой.
– Нехорошо это. У меня десятки пациентов-дэвов – жертв атаки на Навасатемское шествие. Если пойдут слухи о том, что за тем, что случилось с Цитаделью стояли дэвы… – Она посмотрела на Зейнаб. – У вас есть вне дворца союзники, которые в состоянии нам помочь? Родственники?