В дверь снова заколотили.
– Бану Нари! – услышала она крик Низрин. Судя по тревожным ноткам в ее голосе, она, вероятно, узнала, что именно украла Нари. – Пожалуйста, впусти меня. Мы можем обсудить это.
– Извини! – пропела Нари. – Дверь… Ты же знаешь, какой непредсказуемой может быть дворцовая магия!
Поднос у нее за спиной свалился на пол. Нари повернулась и увидела удивленные глаза своих пациентов и помощников. Сегодня днем в лазарете все было спокойно, а под «спокойно» она имела в виду, что лазарет был не настолько переполнен, чтобы людей в буквальном смысле приходилось выталкивать в сад. Все сто кроватей были заняты – они теперь всегда были заняты, – но лишь к немногим из ее больных приходили посетители.
Нари посмотрела на них строгим взглядом, потом кивком головы показала на дверь.
– Если кто подойдет к этой двери, у него будут чумные язвы в некоторых довольно неудобных местах. Ясно?
Никто ей не ответил, но многие побледнели и подались назад, как бы говоря, что они поняли. Нари быстро прошла по лазарету в свой приватный кабинет и задернула за собой занавес на двери, пытаясь игнорировать стуки в дверь и взбешенные – и необычно подробные – угрозы Мунтадира. Только теперь она достала осколок белого камня, который засунула себе в бюстгальтер в сокровищнице. Размером он был с ее большой палец и, хотя блестел на свету, в остальном ничем особенным не отличался.
Послышался какой-то нервный шорох, а потом перед ней появилась невысокая женщина-дэва с серебряными волосами – она вышла из того места, где пряталась за грудой текстов.
– Это он и есть? – с надеждой спросила она.
Нари посмотрела на осколок.
– Если ты веришь в легенды. – Потому что, если верить легендам, кроме этого крохотного белого камушка, от Ирама – легендарного города колонн – не осталось ничего. Нари знала противоречивые истории об Ираме. Дома в Каире она слышала рассказ о том, что некий город был уничтожен за пороки жителей тысячи лет назад. Некоторые из джиннов возражали, говорили, что людей по большому счету там не должно было быть и что их предки ниоткуда не могли знать, насколько разрушительны могут быть небесные огненные ветра.
Но Нари интересовал фрагмент из Ирама не в связи с историей.
Этот фрагмент был нужен ей, поскольку явно был единственным средством излечения от одного из самых коварных проклятий в мире: потери собственных магических способностей. И Нари случайно прочла об этом эффекте только в одном нахидском тексте, в котором говорилось о том, насколько коварно непредсказуемой была процедура восстановления этой способности. А еще после проведения этой процедуры ей придется уничтожить ирамский фрагмент – этот камушек настолько ценился, что немногие артефакты из него хранились в сокровищнице. Чтобы попасть в сокровищницу без сопровождения, ей пришлось устроить Мунтадиру скандал по поводу своего приданого – уловка, которая, на ее взгляд, вряд ли сработала бы во второй раз.