Хоть как-то спасало положение лишь наличие нашего заводского механика при каждом автомобиле или тракторе. Но даже так допущенные до управления нижние чины в общей сложности спалили два комплекта сцепления на грузовиках и запороли КПП на одном из броневиков. Про поломанные рессоры, оси и колёса — даже и упоминать не стоит. Ямки или же торчащие из земли камни объезжать их явно не учили никогда.
— Дебилы,…ля! — не смог не повторить я коронной фразы Сергея Викторовича Лаврова, наблюдая с высокого холма в последний день манёвров, как войска Куропаткина идут в генеральную атаку. Почти 30 тысяч человек пехоты в едином порыве! Даже не сдержавшись, хлопнул себя ладонью по лицу. Так как это зрелище было уже за гранью добра и зла. Вот так и начинаешь понимать, отчего мы, блин, японцам войну слили, да и после отхватили тоже.
А как тут было не хлопнуть, если этот гений тактик и стратегий — наш уважаемый военный министр, не придумал ничего лучшего, как кинуть все свои силы вперед в едином порыве? В лобовую атаку! Густыми сплошными цепями, следом за которыми шли сбитые максимально плотно штурмовые пехотные колонны времен наполеновских войн!
Шли они не просто так красиво, а на заранее подготовленные оборонительные позиции с траншеями, пулемётами и сотней-другой поставленных на огонь прямой наводкой орудий! И впереди всех, на выделенном ему лимузине, катил САМ! Не император, нет. САМ — это Куропаткин.
И весь этот паноптикум сопровождался повсеместным боем барабанов, да гулом всевозможных труб. Убиться веником!
Хотя, чего ещё от них всех можно было ожидать? Военные Российской империи начала 20-го века — они, как женщины. Безумно падки лишь на всё красивое. Такое, чтобы, значит, обязательно самим смотреться со стороны бодро и молодцом. А остальное всё — вторично.
Не прошли они ещё окопный ужас Первой Мировой Войны, чтобы там в мозгах хоть кое-что принялось крутиться в нужную сторону. И даже грядущая война с Японией им в этом деле не сильно-то помогла, как я могу судить по своим куцым знаниям о грядущем.
А потому, скажу по чести, что вот таких вот офицеров мне вообще не жалко будет потерять. А жалко будет лишь солдат, что в куда больших количествах полягут на полях сражений вместе с ними.
Вот с такими невесёлыми мыслями и завершилось моё пребывание на юге страны. Спустя два дня мы всей семьёй, кроме оставшегося на хозяйстве отца, убыли в столицу, где меня ждали целые завалы всевозможных гранитов науки, которые мне предстояло грызть с усердием и жадностью.
Оказывается, чтобы понять ту самую мультипликационную жадную утку — Скруджа МакДака, надо всего-навсего самому хотя бы один раз очутиться на его месте. Своим лицом да перед безумно огромной кучей личных денег!