Недолго ему осталось быть моим, конечно, но, мало ли, вдруг смогу когда-нибудь в него вернуться.

Во всяком случае теперь я имею право смело представляться дворянином, но имя и владение свое желательно не называть во время бегства.

— Кранил, давай сюда! — зову я стражника.

Потом провожаем пленника все в тот же ледяной подвал, приходится жестко держать его на внушении.

Он ведь только что убил нашего воина, и что, его теперь в другом месте держать? Более сухом и теплом? Не заслужил еще такой милости!

Да вообще не заслужит уже никогда!

После водворения уже почти плачущего Шестого Слуги в подземелье, я снова проверяю сознание Кранила, уже отчетливо вижу в нем зерна внутреннего сильного несогласия с моими действиями.

«В чем это может выразиться? В попытке освободить пленника и таким образом заслужить себе прощение, наверно?», — прикидываю я.

Кого он позовет в мятеже участвовать? Да всех своих бывших крестьянских парней точно, они к вере во Всеобщего Бога относятся очень серьезно. Остальные молодые парни из местных крестьян, двое новых здесь стражников и один, еще оставшийся из старых, совсем не такие верующие, а сами всех имперцев вообще сильно недолюбливают в принципе.

Вряд ли Кранил станет их приглашать в свой заговор, поэтому я беру с собой одного из его приближенных людей и одного из новых стражников, командую готовить лошадей к поездке.

Потом проверяю взглядом стражника-убийцу, привязанного к дереву, командую Кранилу убрать тело убитого стражника от него и позвать копать ему могилу кого-то из деревни на нашем замковом кладбище среди фруктового сада.

— Он погиб, защищая замок и своего норра! Воздадим ему положенные почести! — бросаю всем.

После этого мы выезжаем, скачем на промплощадку, я все не могу доехать до рудника, только сейчас побаиваюсь надолго оставлять замок и своего пленника без надежного присмотра.

Еще прислушиваюсь к сознанию стражника из бывших имперских крестьян и тоже чувствую, что там у него в голове очень неспокойно. На что-то он уже решился и теперь прямо испереживался весь, что ездит тут со мной, а где-то там серьезные дела делаются. Еще, наверно, не делаются, но явная подготовка к ним идет.

— Ладно, нет смысла тянуть время, пора уже возвращаться в замок, — решаю я про себя через полчаса, проверив площадку. — Чтобы нанести уже сформировавшейся оппозиции беспощадный опережающий удар.

Достаю из кобур по очереди два арбалета и заряжаю их, потом вставляю обратно и снова чувствую сильнейшее беспокойство этого молодого стражника. Он при виде снаряжаемых машинок чуть не рванулся без команды куда-то.