Вспомнил такое наказание для рядового состава то ли из царских времен, то ли еще из какой армии.

Открываю пошкрябанный замок, спускаюсь со своими людьми вниз, потом второй и сразу беру пленника под контроль.

«Чтобы дернуться не мог, гнида поганая. Что-то у него про ножны была какая-то мысль, — вспоминаю я. — Нужно потом проверить».

А пока у нас уже привычное затаскивание тяжелого тела на свет божий, где я даю ему немного погреться и в туалет сходить прямо во дворе. Потому, что вид у него сейчас совсем неживой, лицо синее и очень постаревшее. Видно, что здорово досталось пленнику в промозглом подвале, и это еще мало досталось за дела его нехорошие.

— Выложился весь на контроле этого бедолаги? — спрашиваю я прямо в голове у Шестого Слуги.

Знаю, что это весьма болезненно, но наказать его необходимо.

— Есть такое, — так же угрюмо мысленно отвечает он мне, вытерпев разряды обжигающей боли.

Еще и стражники, пока тащили, пару раз хорошенько приложили его головой об косяки и каменные углы, поняли уже наглядно, что шутки закончились. И если дать пленнику волю, то им всем придет конец, как их товарищу уже пришел.

Хорошо, если они еще не знают, кто это такой именно. Кранил, похоже, мой приказ насчет молчания про нашего гостя выполнил. Пока выполнил, а дальше даже уже и не знаю, зря я все-таки так перепугал мужика.

Впрочем, наверняка он уже и сам бы обо всем догадался. Кто в подземелье сидит, и кто нас посетил в такой красивой голубой форме. Переговорил бы со своими ближними, а они все вместе точно к правильным выводам пришли бы.

— Крепите, как в прошлый раз за пояс и ноги, потом затаскивайте на верх стены, — отдаю пока распоряжение.

Дело это не очень быстрое, так что к моменту водружения тела Шестого Слуги на самый верх он немного отошел от реально замороженного состояния под лучами жаркого светила. Суставы у пленника страшного подземелья почти не гнутся, сам ноги поднять не может, поэтому его тащат стражники. Я снова нахожусь под ним, держа сознание под контролем, стражники протолкнули его к парапету, сильно при этом пригнувшись, после чего держат Шестого Слугу натянутыми веревки.

Гвардейцы уже заметили суету на стене, быстро подъехали к замку, теперь задирают головы, пытаясь получше рассмотреть своего высокого начальника. И услышать те мудрые слова, которыми он одарит всех здесь присутствующих.

Теперь и в прямом, и в переносном смысле высокого. Хорошо, что рассмотреть лицо не могут пристально, а то догадались бы, что очень несладко высокому гостю в замке пришлось.

Вон какая измученная рожа у страдальца за дела свои поганые всего-то за одну ночь получилась.