— Руслан, — выдыхает. Даю ей возможность договорить, но она молчит.
— Маша уснула?
— Да, — отвечает Даша опасливо. Её взгляд направлен за моё плечо. — Ты трогал мои вещи, — констатирует.
— Да, — отвечаю честно. Какой смысл врать — она сама всё видела.
— Я заберу, — она пытается аккуратно пройти в небольшой проём ванной, не коснувшись меня. Почти получается, если бы я резко не повернулся и не вжал её в стену. Сжимаю талию, смотрю в небесные глаза и понимаю: тону… Улавливаю её аромат и непроизвольно тянусь к волосам, наматываю локон на палец — от моих действий почти сразу образуется завиток. Ни от одной женщины не сносило никогда так голову, как от неё. И словно не было этих пяти долбаных лет… Хочу безумно, как и в первый раз. Всё ведь было. Должно отпускать…
Вскрикнув, Даша начинает отбиваться, колотить своими кулачками по груди.
— Нет, нет! Не смей, отпусти меня.
— Тихо, не кричи, — шепчу ей в губы. — Мы чуть-чуть.
Она каменеет.
— Отпусти… Не трогай! — истерично срывается на крик. — Я не хочу быть с тобой. Слышишь?! Отпусти.
А я не могу не трогать, не могу не вдыхать манящий аромат: она сводит меня с ума, сносит стоп-кран. Я дурею от этой женщины.
Глажу бёдра, тяну завязку халата.
— Я только посмотрю, — даю обещание, которое точно не исполню. Всё сейчас скажу, только бы добраться до её тела. Я так соскучился, я так хочу его видеть!
— Нет, нет! — перехватывает Дарья мои руки. Я перехватываю их, фиксирую одной рукой, целую её скулу и всё-таки добираюсь до завязки халата. Пальцы касаются нежной кожи.
Хлопок — и ощущаю удар по лицу. Мне прилетает реальная тяжёлая пощёчина. До искр из глаз.
Она и отрезвляет меня. Вижу перепуганные глаза Даши и матерюсь:— Блять, — опускаю кулак рядом с ней. Дурак, какой я всё-таки дурак. Смотрю на слёзы, готовые сорваться из её глаз, и понимаю, что пугаю её ещё больше. Убираю кулак и отхожу немного от неё. Она тут же запахивает халат и сильнее вжимается в холодную стену кафеля.
— Прости, — говорю ей и отхожу, давая полную свободу. — Я не трону тебя, не бойся.
Она кривит губы и завязывает халат на тугой узел.
— Никогда, никогда! Не смей ко мне прикасаться, — распаляется Даша, понимая, что ей больше ничего не угрожает.
— У тебя не будет других мужчин, — рычу, нагло перебивая её пафосную речь.
— Мне они не нужны! — вторит в таком же тоне. — Я в своей жизни наигралась в любовь, хватило на всю жизнь! Расплачивалась уж очень больно. Постоянно тошнило…
— Тошнило? — не сдерживаюсь, подлетаю к ней и поднимаю голову, чтобы смотрела мне в глаза. — Повтори! — рявкаю. — От меня, значит, тошнило?!