– Зачем ей ватрушка и вся эта амуниция? Где она будет кататься? В квартире нет места для хранения!
– Моя дочь, – выделяю каждое слово, – в квартиру не вернётся, – проговариваю жёстко, неоспоримо. – Запомни это и прекрати истерику. Ты хорошо знаешь: возле дома прекрасный лес, и двор позволяет сделать ледяные горки. Займись делом, купи вещи дочке, – рывком подкатываю тележку и вкладываю ей в руки.
Даша резко уходит с ней к стеллажам с одеждой, а я на всякий случай подхожу к дочери. Не доверяю её матери. Кто может гарантировать, что она не предпримет попытку сбежать?
Маша крутится между вешалок с цветными пуховиками. Розовый с единорогом явно нравится ей больше всех. Тяжело вздыхает и, заметив меня, отдёргивает от пуховика руки, начиная смотреть в другую сторону.
– Давай купим, – предлагаю ей, снимая куртку со стойки.
– А сейчас дорого, – опускает глаза девочка. – Скидочки нет.
– Это не страшно, – говорю ей с улыбкой. – Ну так что, берём?
– Тогда куклу не купим? – тихо спрашивает она.
– Почему? – не понимаю взаимосвязи между куклой и одеждой. – Купим и куклу, и ватрушку.
– Тогда хорошо! – она радостно потирает ладошки.
– Идём? – подаю ей руку и киваю в сторону кассы.
С осторожной заминкой Маша вкладывает свою маленькую ладошку в мою, где она тут же теряется. Цепенею, боясь сжать. Сердце начинает лупить в груди.
Продавщицы смотрят на нас с нескрываемым интересом и умилением. Те, что помоложе, пытаются флиртовать со мной через кроху, расточая ей комплименты. Вручают куклу, которую мы выбрали по пути, и пробивают зимнее снаряжение. Девушки замолкают и теряют к нам интерес, когда замечают Дашу, подошедшую с почти пустой корзиной.
– Откуда это всё? – она шокированно смотрит на пуховик и игрушки.
– Позже обсудим, – отвечаю ей, предупреждающе понижая тон.
Марья, уловив настроение матери, настороженно затихает и забирает ладошку. Хочется за это спросить с Даши, но в голове возникает идея, как поставить её на место.
Забираю пакеты и покидаю магазин вместе с девочками.
– Теперь ты, – смотрю на Дарью и говорю тоном, не подразумевающим возражений, кивая в сторону витрины с нижним бельём.
– Нет, – шипит она, явно сдерживая себя в присутствии Маши, которая с интересом наблюдает за матерью. – Обойдусь. Попрошу Раду привезти.
– Не зли меня, – качаю головой.
– Ненавижу, – снова читаю по её губам.
Усмехаюсь в ответ и набираю Карима, чтобы он замер вещи. Сам же предвкушаю грядущее зрелище.
Нервно перебираю нижнее белье, стараясь отыскать свой размер, но выходит чертовски плохо: эмоции берут верх, в голове набатом звучат слова Руслана. Обидно, больно, неприятно... Если бы я могла вернуть время, если бы только могла, то никогда не связалась бы с ними, не приняла ни единого подарка. Нужно было слушать бабулю, — с горечью думаю, отодвигая очередной комплект, даже не взглянув на него. — Наглый, самовлюблённый тип! Неужели я когда-то могла им увлечься, потерять голову?