— В голову не бери, где-то в телевизоре видел… отмахнулся я.

Через некоторое время к нам присела парочка дедов, которым не с кем было перекинуться засаленными картишками… В общем, когда над нашей развесёлой компанией склонились несколько посторонних лиц, Серегин как раз вешал мне на плечи две «шестерки на погоны».

— Серёгин, твою мать! — только и сказал мужик, в котором я узнал начальника уголовного розыска Сельского РОВД: — Серёгин!

Деды — карточные партнеры молча сгребли карты и удалились, я попытался незаметно одеть браслет на руку, но он лязгнул и все уставились на меня. Все — это женщина с кожаной папкой в руке, по виду следователь из прокуратуры, начальник розыска, и молодой парень, кажется опер из числа, что таскал меня по РОВД вместе с Евгением.

— Серегин, уходи и у меня в кабинете с рапортом! — начальник розыска аж задохнулся от возмущения.

Безымянный опер бросился ко мне и попытался пристегнуть меня к наручникам, но не тут то было, руку я сунул под себя и повернулся боком. Вместо того, чтобы ухватить меня за другую руку, опер, с упорством британского бульдога, попытался меня перевернуть, но мало он по утрам поднимал гири. Мы почти минуту сипели, пытаясь перебороть соперника, но тут начальник розыска поступил совсем не спортивно — отодвинув мою кровать от стены, он перегнулся через спинку и начал душить меня сгибом руки, от чего я почти сразу сомлел.

Это что, вашу мать тут происходит⁈ — на шум и крики из ординаторской прибежал лечащий врач, а где-то, в конце бесконечного коридора, уже мелькал салатный операционный костюм заведующего отделения.

— Вы что творите? — невысокий доктор наступал на опешивших оперов: — Мы его после ваших побоев кое как откачали, а вы его добить приперлись? Пошли отсюда, пока настоящих милиционеров не вызвал!

— Ну, вообще-то он подозревается в совершении тяжких преступлений и должен находиться под конвоем…- с нажимом произнес начальник розыска.

Но доктора — они такие доктора. Начальник розыска может считать себя важной шишкой где-то у себя, за стенами больницы, но врачи, разговаривающие с самой смертью, таких начальников видели… в белых тапочках, не любят доктора, когда кто-то посторонний в больнице распоряжаться пытается.

— Бумагу мне дайте, что тут конвой должен находиться! — лечащий врач, поймав одобрительный кивок заведующего отделением, остановившегося поодаль, нетерпеливо защелкал пальцами: — Бумагу, бумагу мне дайте!

— Но мы же с вами вчера договаривались…

— Вчера договаривались, что ваш сотрудник тут тихонечко посидит… — кивнул врач: — Даже койку вашему сотруднику выделили в палате, но не для того, чтобы вы больного человека тут душили…