Мы с братом были одинаковые внешне, но совершенно разные внутри. Говорят, что близнецы чувствуют друг друга: боль и переживания. А я ничего не чувствовал. Может, Сашка имел эту связь, потому что постоянно возился со мной, пытался изменить, помочь, а я совсем никак.
У нас вся семья такая — положительная. Мама — заслуженный работник образования. Тридцать пять лет воспитателем отработала в детском саду. Папа — военный, дослужился до полковника. И на этом бы не остановился, но рак желудка за три месяца скрутил его. Ничего не успели предпринять. Ведь он никогда не жаловался. Сильный был человек. Настоящий офицер с высокими принципами.
Один я у них такой беспутный. Как говорится: «В семье не без урода». Может, потому, что я младше Сашки был на целый час. Никак в этот мир идти не хотел. Видимо, как чувствовал, что не надо меня выпускать. Целый час маму мучил, и вот вам — такой красавец.
Видимо, моё долгое появление на свет не прошло бесследно. С младенчества я часто болел. Меня, слабого здоровьем мальчишку, холили и лелеяли, оберегали от всего, даже от малейших стрессов. Любой мой каприз тут же исполнялся, а о наказаниях и речи не было.
В результате болезни ушли, а понятие, что все мне обязаны, надолго приросло к моему сознанию.
Когда мы подросли, Саша взял надо мною шефство. Стал защищать от всех, следил за мной и впоследствии даже уроки делал за меня. Вот и результат: я совсем обнаглел, сел ему на шею и поехал, как откормленный барчонок, на всём готовом.
А началось всё это с единственной фразы мамы: «Саша, ты старше Паши! Присматривай за ним немного. Он ещё и болеет часто, пожалей его!»
Она хотела этим унять наш конфликт, который доходил уже до драки. А получилось, что разбудила внутри Сашки непреодолимое чувство ответственности, а у меня — наглое и потребительское отношение.
Школу я закончил кое-как, по договорённости родителей с директором и помощи брата. В институт поступил, но на первом же курсе перестал посещать занятия, потому что все ночи проводил в ночных клубах. И после первого же семестра меня вежливо попросили забрать документы.
Папа, чтобы я окончательно не спился и не принялся за наркотики, затолкал меня в армию. После срочной службы я заключил контракт. Неоднократно меня пытались уволить, но славная память отца и слёзы мамы дали мне возможность дослужиться до сего дня.
Жизнь моя текла совершенно безвольно. Я ни о чём не мечтал, никуда не стремился и не строил никаких планов. Она, словно снежный ком, несущийся по склону горы и увеличивающийся от того, что слой за слоем к нему прилипает снег, наматывала на себя обстоятельства, которым я позволял, не сопротивляясь, вершить мою судьбу. Не было во мне твёрдости характера, что ещё более меня отличало от брата.