Наконец он поднял голову и посмотрел на меня. В глубине темных глаз теперь плескалось что-то новое – теплое и уязвимое.
– Джесс…
Но я легонько приложила палец к его губам и прошептала:
– Ничего не говори. Просто останься со мной. Ненадолго.
Потом мы окунулись еще раз, и лишь после этого я накинула просторную рубаху Морана, доходившую мне до середины бедра. Она пахла им и свежестью. А его штаны пришлось подвязывать веревочкой.
– Пора, – вздохнула я, аккуратно сворачивая в узелок еще немного влажную одежду.
Обратный путь на корабль показался короче. И пока мы плыли, я бессовестно радовалась: до столицы еще несколько дней. Как минимум. Успею разобраться, что ж теперь делать-то?
Палуба уже была приведена в относительный порядок. Следы боя смыты, раненые перевязаны, убитые… убраны. В сторону мачты я старательно не смотрела.
Воздух все еще пах порохом, кровью и соленой водой, но уже без зловещей остроты.
Затаскивать шлюпку на борт не понадобилось – на помощь пришли матросы. Сверток с влажной одеждой Моран у меня забрал, чтобы тут же вручить юнге.
– Развесь, – коротко бросил он.
И мальчишка сразу помчался выполнять поручение, косясь на меня с восхищением и немного – с завистью. Подошедший к нам капитан Ларсен облегченно улыбнулся и кивнул в сторону кают-компании:
– Обед ждет. Поздний, но, думаю, вы проголодались.
Кивнув, я рванула к своей каюте: надо хотя бы пытаться соблюдать приличия. Заявиться на обед в штанах герцога было все же очень вызывающе. Когда я вошла в кают-компанию, разговор уже был в самом разгаре. До меня успели долететь обрывки фраз: «…возможно, подкуплен…», «…или ждал сигнала…», «…в спину, подлец…».
При моем появлении Моран обернулся. Уголки рта дрогнули в слабой, но самой что ни на есть настоящей улыбке.
– А вот и моя спасительница, – произнес он, и в его голосе звучала неподдельная нежность, смешанная с долей иронии.
Я фыркнула, садясь на свободное место.
– Вы тоже спасли мне жизнь, ваша светлость. Договоримся, что мы квиты? – и пододвинула к себе тарелку с супом. – Так что там с этим предателем? Карлосом?
Можно было, конечно, промолчать и подождать, вдруг мужчины забудут о моем присутствии и разговор возобновится. Но мне не хватило терпения.
– У меня отличный слух, – пояснила я, потому что все присутствующие уставились на меня с явным подозрением, – к тому же, как… его светлость верно заметили… это я пристрелила гада. И видела, в кого он целился!
Внезапно меня озарило, что как раз только я и могла видеть, в кого Карлос целился! Ведь когда Моран обернулся, тот уже упал на палубу. И среди раненых, которых я перевязывала, его не было.