Я молча жду мужа. И он появляется всего несколько минут спустя. Черный внедорожник резко тормозит у шлагбаума и останавливается как вкопанный. Я вижу лишь силуэт Свиридова за рулем, но кожей чувствую, что он сейчас удивлен и взбешен одновременно. Он даже не сразу выходит из салона. Наверняка любуется моей работой. Как ловко я отделала машину Эльвиры – это вообще-то надо постараться.

Тем более женскими нежными руками.

Тем более при флегматичном темпераменте.

Наконец дверь внедорожника распахивается и Дима шагает на асфальт. На нем строгий деловой костюм, к которому идеально подходит суровое лицо. А он сейчас чернее тучи, желваки так и ходят под кожей.

Он бросает на меня взгляд, только Эльвира моментально отвлекает его. Она подскакивает к моему мужу, и ей хватает наглости протянуть ладонь к его лицу. Мерзавка интимно касается пальцами его шеи над воротником белоснежной рубашки, а голову норовит примостить к его крепкому плечу. Мол, успокой и защити, любимый, от этой варварской дамочки, которую ты зачем-то взял в жены.

– За что?

До меня долетает ее жалобная фраза, обращенная к Свиридову.

Я кривлюсь.

И правда, за что? Ведь вообще ничего не предвещало, на пустом месте обидели ангелочка!

Как таких, как Эльвира, только земля носит? Это не просто наглость, а что-то запредельное, ужасное…

– Сядь в машину, – приказывает ей Дима и отстраняет от себя.

Эльвира всхлипывает, поправляя макияж трясущимися ладонями, но слушается. Через пару секунд она усаживается во внедорожник моего мужа и буквально прожигает меня насквозь пылающим взглядом.

Я отворачиваюсь от нее и смотрю, как приближается Дима. Он подходит вплотную и встречается со мной глазами.

– Если я заодно сожгу ее квартиру, ты дашь мне развод?

– Не неси чушь, – с раздражением бросает Свиридов. – Поранилась?

Его длинные пальцы вдруг касаются моего запястья. Я встряхиваю его непрошеное прикосновение, но впервые замечаю, что и правда расцарапала ладони до крови.

– Твои костяшки после встречи с челюстью Влада зажили, теперь моя очередь, – отвечаю.

– Ты можешь хоть день его не вспоминать?

– А мне нравится смотреть, как тебя передергивает от его имени. Остальные мои слова ты пропускаешь мимо ушей.

Дима злобно кивает.

Он ставит наш разговор на паузу и переключается на дверцу, локтем добивает водительское окно. Потом запускает руку в салон через получившееся отверстие и дотягивается до нужного рычага. Я понимаю, что он делает, и отхожу в сторону. От завываний сигнализации уже дурно, так что мешать нет смысла.

– Ты связался с жадной бабенкой, малыш, – говорю Диме, пока он открывает капот. – Выпросила тачку дороже, чем моя. Теперь выводит деньги из студии. У нас вдруг кончился бюджет на выставку, представляешь?