– Что еще хочешь? – вибрация в ее медовом голосе не оставляет сомнений, что она предлагает перейти к сладкому. – Я могу помочь другим способом.

Она точно может. Умеет как профессионалка. Ей уже тесно в платье.

Она не теряет времени и подается вперед, словно хочет провести по бедру моего мужа не ладонью, а щекой. Но Дима ловит ее подбородок. Грубый властный жест, на который она отвечает лишь томным выдохом. Она тут же прогибается и подчиняется.

А для меня в этот момент картинка окончательно рушится. Я больше не узнаю мужа. Передо мной чужой человек – опасный, жесткий, как в том переулке, когда он без тени сомнения разобрался с вооруженным человеком. В Диме как будто открывается другая сторона личности, о которой я ничего не знала.

– Можешь? – переспрашивает ее Дима.

– Могу, Вир. Могу… Для тебя что только попросишь. Любая фантазия… Я давно хочу.

– Иди сюда.

Он сдавливает крепкими пальцами ее лицо, заставляя распахнуть рот шире, и притягивает к тому самому месту. А второй рукой с силой дергает ремень на своих брюках.

Я больше не выдерживаю. Я и так увидела слишком многое и понимаю, что будет происходить дальше. Тут нет места для разных трактовок, всё предельно ясно. Меня едва держат ноги, но я рывком встаю с кресла, чтобы хоть как-то это прекратить. Я больше не могу слышать, как распаляется дыхание моего мужа. Как он… как…

Ненавижу.

Их обоих!

Но Диму так, что хочу изувечить его!

Я что-то сбиваю, делая шаг на ощупь, и следом зажмуриваюсь из-за яркого света. Тот вдруг накатывает невыносимой волной. Когда я прихожу в себя и могу снова видеть, Дима уже стоит напротив меня. С расстегнутой рубашкой и ремнем.

– Аня, – произносит он, а его зрачки расширяются от шока.

Я смотрю на мужа с презрением и собираю все силы, чтобы не расплакаться. Нет, я не доставлю такое удовольствие Эльвире! Она не увидит, как больно мне сделала. Я цепляю ее силуэт боковым зрением: она выпрямилась, но осталась стоять у кровати. И она жадно смотрит на нас с Димой.

– Работа, да? – со злостью спрашиваю мужа. – Теперь это так называется?!

На его высоком лбу проступают морщины. Я впервые вижу супруга таким напряженным и сбитым с толку. Я буквально слышу, как скрипят шестеренки в его голове. Он несколько секунд никак не реагирует на мои слова, лишь резковато поправляет рубашку и начинает застегивать пуговицы.

– Как ты попала в номер? – спрашивает он.

– Что? Тебя только это волнует?! Больше ничего не хочешь сказать?

Я машинально перевожу взгляд на Эльвиру, словно хочу проверить, что мне не померещилась его измена. Но нет! Вот она! Отводит глаза и явно прикидывает, будут ей вырывать волосы или нет.