– Никогда не сомневайся в этом.

– Никогда, – я повторяю за ним и киваю. – Спасибо, Гоша. От всего сердца.

– Но у тебя свой путь, – добавляет он траурным тоном и актерничает, опуская глаза и показывая вселенскую скорбь.

Вместо слов я наклоняюсь и целую его в щеку. Против этого он ничего поделать не может. Он приобнимает меня и отвечает отеческой скупой улыбкой.

– Пойду проверю пол на сцене, – бросает он.

– Он не скользкий, Гоша. Я проследила.

– Я упал на своем первом выступлении. Этот страх теперь навсегда со мной.

– Все мы боимся чего-то.

И все учимся жить со своими страхами.

Он уходит, а в моем кармане оживает рация. Приходится отвлечься на еще один инструктаж. Потом я выглядываю в окно и понимаю, что уже совсем скоро такси тарифа бизнес начнут привозить гостей. И первая машина уже становится в парковочный карман. Я приглядываюсь и чувствую, как сердце затапливает теплая волна.

Дима.

Приехал.

Я боялась, что он не вырвется из офиса. У него сейчас горячий период, когда надо нарабатывать новую клиентуру. А еще переезд. Мы только-только привезли последние коробки в новую просторную квартиру. Дом мы продали еще в прошлом месяце, и для вещей пришлось снимать бокс, в который уместилась вся наша прошлая жизнь.

Почти вся.

От ненужных вещей мы избавились.

– Ты даже раньше, чем я надеялась, – бросаю мужу, когда он появляется в главном зале.

Он с интересом оглядывается по сторонам, невольно засматриваясь на розовое огромное полотно рядом со сценой. Оно приковывает взгляд, как и задумывалось.

– Сто лет не был на вечеринке. – Дима кладет ладонь на мою талию и приятно растирает кожу через ткань черного платья. – Как я мог пропустить?

– А я думала, ты приехал жену поддержать.

– А этой стервочке в облегающем платье нужна поддержка? – Он бесстыже притягивает меня к себе, зажимая в объятиях, и влажно шепчет на ухо: – Это мне помощь нужна. Как увидел тебя, так сразу понадобилась.

– И какая помощь тебе нужна? – я дразню его.

– Давай где-нибудь уединимся, и я расскажу.

– Ничего ты не расскажешь, только плохому научишь.

Я смеюсь и целую его в скулу.

Наши отношения изменились. Стали глубже и доверительнее, но в то же время мы как будто второй раз проживаем медовый месяц. Дурачимся, флиртуем и используем каждую возможность, чтобы остаться наедине без одежды. Сейчас такой возможности объективно нет. Поэтому я толкаю Свиридова плечом и зажимаю его подбородок пальцами. Он решил отпустить бородку, и я постепенно привыкаю к новым ощущениям.

– После, – выдыхаю ему в губы. – Можем даже в твоей машине. Но сперва мне надо провести эту вечеринку так, чтобы завтра о ней написали все.