сли речь идёт о том, чтобы не дать стрелять из автоматов в городе, лично я пойду на всё.

— Даже на нарушение сложившегося уклада⁈ — представитель якудзы искренне удивляется. — Есть неписаные, но очень действенные правила игры. До сего момента мы все их соблюдали, так или иначе, — Асада обводит взглядом присутствующих. — Ваша честь, я не хуже вас могу рассказать, как трактовка того или иного закона меняется в зависимости от муниципального суда. Э-э-э, в зависимости от территориальной подведомственности.

Финансист переводит дух, затем продолжает:

— Но вы согласитесь, что у социального слоя, который я представляю, такое несправедливое решение может вызвать вполне определённые элементы критики⁈ Не буду уточнять, в чём эта критика может выражаться…

— Стрельба в городе. Из автоматов, — устало напоминает судья, массируя глаза. — Да я вместе с вами в эту камеру сяду, если это поможет предотвратить рецидивы! Асада, чтобы не толочь воду в ступе: пожалуйста, просто прокомментируйте слова общественного обвинения. Я бы очень хотел слышать диалог между вами, а не наблюдать ежа, отбивающегося от собаки.

— А у меня очень простой вопрос, — неожиданно успокаивается Ватару. — Более того, я его уже задавал в офисе. Но кто бы меня слушал… На кой ляд нам, своими руками, выбрасывать в пропасть не семь миллионов, а в десятки раз больше? — финансист, игнорируя вскинувшегося в порыве любопытства судью, заинтересованно смотрит на представителя прокуратуры.

— Не могу не вмешаться. Поясните мысль, — в голосе судьи явно ощущаются просительные нотки.

— Ваша честь, я прошу оградить меня от общения с обвинением в рамках этого зажигательного заседания, — твердо заявляет финансист. — Более того. Вне зависимости от вашего решения, содержание нашего общения будет опубликовано. Ваша честь, не сочтите за наглость: пожалуйста, на своём смартфоне зайдите на сайт нашей корпорации. Что вы на нём видите?

Заинтересованный судья в точности исполняет то, о чем его просят:

— Групп… головной офис… новости?

— Да. За сегодняшней датой.

— Джи-Ти-Груп отказывается от коммерческой прибыли при застройке… Все причитающиеся в будущем дивиденды объявляются гласной информацией и будут использованы на социальные проекты… — судья ошарашенно поднимает глаза на подозреваемого. — Вы отказались от прибыли в проекте⁈

— Да. — Голос финансиста сух и безэмоционален. — Причем, чтобы эти слова не были голой декларацией, нашим первым руководителем сегодня утром подписано соответствующее налоговое обязательство. Отправлено по каналам электронного правительства официально, за его цифровой подписью. И моей тоже. Вас не затруднит проверить это прямо сейчас? Чтобы я всё же ночевал дома, а не в кутузке. Мы, конечно, на многое готовы ради муниципалитета, но подобных вопиющих нарушений закона в будущем… — якудза недоговаривает, но все понимают, что сейчас не прозвучало упоминание о будущих выборах.