Юркнули, как глухари с ветки. Нас тут же засыпало, свет погас. Хорошо хоть девушка все еще липла к спине, искать не пришлось.

— Куда копать? — шепнула она. — Мы лежим вниз головой? Или вверх? Давай, я буду рыть сюда, а ты — туда. Воздух кончается, чуешь?

— Угомонись! — рыкнул я, выплюнув набившийся в рот снег. — И не дергайся.

Старый альпинистский трюк — запоминайте, вдруг пригодится: пустил слюну, тягучая ниточка потянулась вниз. Отлично — роем в противоположную сторону. Выбрались, отдышались. Ельник совсем рядом, а там снега заметно меньше. Остались два вопроса: где мы находимся и куда, блин, идти?

— Леня? — с восторгом произнесла Линн.

— Чего? — несмотря на удачный исход, мне было не до радостей — всего трясло от безумной гонки и понимания того, что приключения только начинаются.

Спутница кинулась мне на шею и крепко обняла. Объятия у нее вообще дай бог, кости так и трещат.

— Спасибо, — горячий выдох обжег кожу. — Это было круто.

— Круто⁈ — с несвойственной великому волшебнику визгливостью бросил в ответ. — По-моему, я поседел.

— Все равно ты настоящий герой, — Лира улыбнулась и зачем-то потерлась о щеку кончиком замерзшего носа. — Ну, идем.

— Куда? — я так и сидел по пояс в сугробе и размахивал руками как квочка в гнезде. — Знаешь, что это за лес?

— Нет. Но с высоты видела — он почти весь окружен горами. Выход есть только на севере. Больше идти некуда, значит туда и пойдем.

Что же, логично.

За последние три дня протопал больше, чем за всю жизнь. Всегда любил леса, но после всех этих долбаных походов пропитался к ним самой жгучей ненавистью. Сперва пришлось продираться через мокрые заросли, теперь брести по колено в снегу — и хорошо еще догадался купить высокие сапоги, иначе обморозил бы ступни в первые же часы и на сей прекрасной ноте эпический поход подошел бы к концу.

— Смотри в оба, — предупредила Лира. — Здесь могут водиться медведи.

До вечера ни одного косолапого не встретилось. Зато нашли дом на берегу ручья — крепкий, бревенчатый, с тесаной крышей и манящей теплом трубой.

— Охотничья зимовка, — озвучила спутница и без того понятную мысль. — Эй, есть кто?

Девушка постучала рукоятью меча в дверь и запертые ставни. В ответ — тишина.

— Странно, — сказала Линн. — Закрыто изнутри.

— Может, этим? — я взмахнул обломком как барабанной палочкой.

— Погоди. Не трать силу.

Она просунула клинок в щель, нащупала засов и осторожно выдвинула из скоб. Из дома пахнуло пылью и запустением, в каменной печке, похоже, с прошлой зимы не разводили огонь. Зато на просторной кровати лежал ворох волчьих шкур — ночью точно не замерзнем. И в этот раз красавица точно не откажется от моих согревающих объятий.