— Хм-м, — задумалась Арания. — Я могу спросить у матушки. Она наверняка знает такое место.

— Не уверен, да и не хочется мне лишний раз встречаться с твоей матерью.

На лице Арании появляется улыбка.

— Ты её боишься?

— Не знаю. — Я пожимаю плечами. — Скорее да, чем нет, — не стал обманывать жену. После нашей последней встречи у меня на душе остался неприятный осадок, что мной тупо воспользовались ради каких-то целей, поэтому встречаться с ней вновь я не спешил.

— Признаться честно, я и сама её боюсь. — Арания грустно улыбнулась. — Хотя мы можем и сами поискать такое место!

— Согласна! Наш мир огромен! Неужели ты думаешь, что бессмертные могут найти нас где угодно? — поддержала её Герда.

— Кстати, насчёт этого. — Арания посмотрела мне в глаза. — Этот мир, он ведь изначально был не твоим? Ну, я к тому, что ты тоже был игроком? Вроде так они себя называют?

— Ну да. А почему ты спрашиваешь? — удивлённо поинтересовался я.

Арания тяжело вздыхает.

— Не знаю, как это объяснить… — Она задумалась. — Арахниды очень чувствительны ко всем магическим проявлениям, особенно что касается аур. Каждое живое и неживое существо, будь то игрок, крестьянин, родившийся в этом мире, животное или дерево, обладает аурой. У тех, кто родился в этом мире, она имеет свой цвет; у тех, кого называют игроками, — другой. Так вот… — Арания сделала небольшую паузу, видимо, для того, чтобы подобрать правильные слова. — Твоя аура уже практически не отличается от наших. От игрока в тебе практически ничего не осталось…

Сказать, что я был поражён её словами, — это не сказать ничего.

— Ты уверена?.. Ведь это же странно, не находишь? — спросил я Аранию, стараясь не встречаться с ней глазами.

— Да, — ответила она. — Ещё неделю назад твоя аура была двухцветной, но потом что-то произошло, и цвет «игрока» начал пропадать из ауры. Раньше это происходило медленно, поэтому я не придавала этому значения, но потом процесс пошёл гораздо быстрее…

— На сколько процентов я стал жителем этого мира?

— Практически на девяносто.

— Извините, мне нужно подышать свежим воздухом. — Я резко поднимаюсь со стула и выхожу из каюты.

Делаю один глубокий вдох, затем второй и третий, тем самым пытаясь успокоиться. Как это вообще могло произойти? Ведь такого просто не может быть!

Пробую открыть инвентарь, но у меня снова не получается.

— Тьма! — Бью кулаками по борту корабля, и на дереве остаются две большие вмятины. Неужели Суховей говорил об этом? — Чёрт! — Я снова бью в борт, когда мне не удаётся открыть меню характеристик.

— Ты чего делаешь? — Ко мне подходит Чёрный дрозд. — Хочешь затопить моё сокровище? — улыбнувшись, произносит он, глядя на повреждения, оставленные моими кулаками.