Поначалу всё шло хорошо. Ритуальное место было создано точно по нашим чертежам. Оборудование установлено и настроено.

Но вот, во время очередной службы, уже ставшей рутиной, двое сыновей Ахарона решили пренебречь громоздкими и неудобными комбинезонами из диэлектрика, которые специально для них синтезировала Гайя.

Два человека сгорели куда быстрее, чем это обычно происходило с ритуальным жиром животных. Они были слишком близко к почве, которую как раз перед этим увлажнил редкий ночной дождь.

У них не было шансов. Ахарон никак бы не успел отключить систему. Мойя нашёл его плачущим посреди ритуальной палатки; он стоял, не шелохнувшись, в той же позе, в которой его застало несчастье.

Позже, уже вечером, на борту челнока, Мойя тоже не мог сдержать слёз.

— У меня вызывает ужас, что это окончательно примирило Ахарона с народом, — он вздохнул, опустив взгляд, — до меня долетал тихий ропот, что он совсем не пострадал за измену, тогда как очень многие лишились близких. Я объяснить им то, что знаю сам, никак нельзя… ты понимаешь. И вот теперь, получается, он тоже претерпел кару. Собираясь отнять чужих детей, потерял своих собственных…

— Ты знаешь, — сказал я твёрдо, — некоторые решения мы принимаем сами. И только мы сами несём за них ответственность. Тут бесполезно думать за другого. Да, они не понимали, почему нужно действовать так, а не иначе, почему обязательно нужно носить защитные костюмы. Потому что даже не представляли, что такое электричество. И у нас не было возможности им всё объяснить. Но отец им поверил, когда взял их на службу, верно? Так же и они должны были довериться ему. Понимаешь? По-другому, без доверия, это не работает! К сожалению. Мы можем только сказать, как нужно делать. Но мы не можем сделать это сами, за других людей. Они вольны решать, слушать нас или нет. Этим мы и отличаемся от… хотя вижу, ты сам всё понимаешь.

Мойя продолжал сидеть, опустив голову. Но, конечно, я знал, что он всё понял.

Макс ждал меня в оперативной рубке. Он и ещё двое его бойцов утром вернулись из разведывательной вылазки. Пока я был занят, работая с Мойей и его народом, Гайя держала в поле зрения всю ситуацию. Её очень беспокоил потерянный тюрвинг, и она не оставляла попыток выяснить его местонахождение. В какой-то момент она даже заподозрила наличие чего-то вроде блокирующей маскировки у его нового обладателя, которая не позволяла ей отследить местоположение артефакта, несмотря на все свои возможности.

Поэтому она отслеживала всё, что могло быть косвенными признаками присутствия тюрвинга, пускай даже и без его прямого воздействия: необычные перемещения народов, изменение баланса сил, создание новых государственных образований. А, поскольку «тяжёлым» все равно временно нечем было заняться, я с удовольствием дал добро на то, чтобы использовать их для разведки. Естественно, с последующим докладом лично мне.