— В целом звучит нормально, — сказала Таис, — только по крайней мере один из детей останется с нами, — она посмотрела на меня, жёстко и упрямо. Но я не хотел ей возражать, приводить какие-то примеры и доводы. Ещё одного мальчишку наш челнок вполне потянет.

— На план это не повлияет, — Катя пожала плечами.

Гайя решила вопрос с продовольствием. Нет, свои принципы она не предавала — просто смогла синтезировать питательные смеси, которые с удовольствием ели дети. Она уверила, что эта еда сбалансирована с учётом всех потребностей детского организма и очень полезна. Я даже попробовал её, прежде чем рискнуть давать подопечным. На вкус смесь оказалась похожа на сливочный пломбир.

А потом наступили, наверное, самые сложные три недели в моей жизни. Гайя выбирала семью (как правило, это были группы кочевников, человек по пятьдесят — сто), являлась им в виде божества и рассказывала во всех подробностях, как следует поступить с ребёнком. Потом появлялся я. И передавал нового члена племени на руки старейшине.

Этот ритуал повторялся несколько сотен раз. Наверно, можно было бы привыкнуть. Ведь сама Гайя следила за судьбой каждого ребёнка и не допускала ничего дурного. Да и сами дети были рады такому развитию событий: ведь в племени у них появлялись пускай и приёмные, но настоящие родители. Но всё равно эмоционально это было тяжело. Кай даже вызывался помочь, предлагал составить мне компанию во время перемещений. Но я, конечно, отказался.

Про Катю всё это время знали только мы с Таис. Гайя попросила время, чтобы вырастить своего аватара во взрослого человека, и мы отнеслись с пониманием.

Сельскохозяйственные общины, окружавшие город, пришлось разделить и переселить — по настоянию Гайи. Трое детей из спасённых остались среди них.

Наконец, и эти недели закончились. День мы отдыхали, а потом пришло время стартовать дальше. Почему-то я был уверен, что Катя останется вместе с нами на челноке, но нет. Она сказала, что может эффективно регулировать свой биологический возраст, а при необходимости даже впадать в оцепенение, которое вполне заменяло стазис.

Катя оставалась, чтобы изнутри влиять на процессы, которые будут происходить в человеческих сообществах. Ещё она обещала остановить нас, если вдруг что-то пойдёт не так и снова понадобиться наша помощь.

Старт был назначен на вечер, когда огромный диск Солнца касался дальних зубастых гор. Но за пару часов до этого я сходил прогуляться в опустевший город. Не то, чтобы я рассчитывал найти там что-то полезное — Гайя давно исследовала его. Скорее, мне хотелось ощутить хотя бы отголоски того восторга, который я испытал во время считывания. Ведь город скоро поглотит всемогущее время и от тех переживаний не останется никаких материальных следов.